ПОЛИТИКА. От глав до главарей и обратно

Руководство республики вот уже второй год не перестает говорить о важности работы глав муниципальных образований, об отсутствии качественной и эффективной работы органов власти на уровне районов и городов. Министерство экономики и территориального развития республики на прошлой неделе подвело итоги работы муниципалов за прошедший год и вручила гранты победителям. «НД» разбиралось, насколько объективно отражает реальное положение дел оценка, данная МО со стороны власти, и что еще стоило бы учитывать, будут ли по этим оценкам конкретные кадровые решения и т. д.

Из Белого дома с любовью
Рамазан Абдулатипов практически в первом же своем публичном выступлении в качестве главы республики обратил внимание на работу глав МО. «Почему главы районов едут к себе в район только во время распределения бюджета?» — вопрошал новоиспеченный глава региона с трибуны Народного Собрания РД. Последовавшие за этим отставки нескольких глав районов, возбужденные уголовные дела за хищения бюджетных средств, арест всесильного мэра Махачкалы — все это внесло некоторый хаос в устоявшуюся за годы систему взаимоотношений глав районов и республиканской власти. Некогда уверенные в себе главы МО в одно мгновение остепенились, стали осторожными, а глава республики на совещаниях грозил новым вертолетом. Названные кем-то из дагестанских журналистов «главарями районов» и с каждым годом укреплявшиеся на местах муниципалы заметно сникли после неожиданных наездов. Однако вертолет больше не прилетел, зато руководство республики поставило перед муниципалами новые задачи.
Так, в соответствии с указом президента РД от 7 сентября 2013 года, в целях ускорения социально-экономического развития и повышения уровня жизни населения РД главы МО обязаны ежегодно отчитываться по проделанной работе перед правительством Дагестана сразу по нескольким социально-экономическим показателям. Учитываются практически все стороны: промышленность, сельское хозяйство, инвестиции, строительство, потребительский рынок, малое и среднее предпринимательство, финансы, занятость и безработица, образование, здравоохранение, культура, физкультура и т. д. По результатам этих показателей Министерство экономики и территориального развития РД выявляет лидеров и аутсайдеров по социально-экономическому развитию среди муниципалитетов. Победившие получают гранты от 1 до 3 млн рублей, которые они должны направить на развитие общественной инфраструктуры (не менее 70%) и премирование работников, добившихся наивысших результатов в труде (30%).
По итогам 2013 года среди муниципалитетов наилучшие показатели социально-экономического развития у следующих муниципальных районов: высокогорная зона: 1-е место — Шамильский район, 2-е место — Лакский район, третье место — Тляратинский район; горная зона: 1-е место — Гергебильский район, 2-е место — Левашинский район, 3-е место — Докузпаринский район; предгорная зона: 1-е место — Сергокалинский район, 2-е место — Буйнакский район и 3-е место — Сулейман-Стальский район; равнинная зона: 1-е место — Кизилюртовский район, 2-е место — Хасавюртовский район, 3-е место — Дербентский район; городские округа: 1-е место — город Кизляр, 2-е место — город Каспийск и 3-е место — город Хасавюрт. Эти районы поделят между собой гранты общей суммой 25 млн рублей.
Казалось бы, нет тут ничего, на что следовало бы обращать внимание. Но весь фокус в том, что итоги подводятся по результатам данных, предоставленных самими муниципальными образованиями в Минэкономики РД. И никто не проверяет, как на самом деле обстоят дела в том или ином муниципалитете, все данные приходят от самих же районов. При желании на первое место можно вывести кого угодно. Если хочешь добиться хороших результатов, нарисуй красивые цифры, протолкни это через соответствующие органы исполнительной власти республики и представь в Министерство экономики и территориального развития РД. И результат обеспечен! А лишние миллионы в виде гранта никогда не помешают.
Доверие подкрепляется налогами
Пожалуй, самым главным критерием оценки деятельности муниципальной власти можно считать собираемость налогов. Глава республики на одном из совещаний еще в прошлом году заявлял, что по данному показателю три главы МО, показавших наихудший результат, будут уволены с работы. Буквально то же самое повторил накануне и руководитель администрации главы и правительства РД Рамазан Алиев на совещании в Хасавюрте. Особое внимание Алиев уделяет имущественному налогу. «Налогооблагаемая база должна быть приведена в порядок, иначе в следующем году бюджет будет трещать по швам. По имущественному налогу республика может потерять 600 миллионов рублей денег муниципальных образований», — сообщил руководитель администрации главы и правительства. Что ж, будем следить за тем, кто сколько соберет. А пока на 1 июня текущего года по темпам роста поступления налоговых и неналоговых доходов в бюджеты муниципалитетов по отношению к предыдущему году в лидерах — горные районы, а города отстают от прошлогоднего плана, кроме Хасавюрта и Избербаша, которые собрали чуть больше по отношению к аналогичному периоду прошлого года (см. таблицу). Будут ли по ним конкретные политические решения, пока трудно сказать. По крайней мере, до сих пор ни одно увольнение главы МО с должности не было связано с плохими социально-экономическими показателями.
В основе взаимоотношений главы республики и глав муниципальных образований всегда лежали причины политические. В любом уходе с должности того или иного главы можно заметить руку Белдома. Даже в тех случаях, когда главам районов приходилось уйти в связи с должностными преступлениями. При большей расположенности руководства республики они могли сохранить должности и благополучно продолжать работать. Несмотря на то, что 131 Федеральный закон дает муниципалитетам много самостоятельности, в реальности они зависимы от республики. В первую очередь тем, что не имеют собственных доходов и, в случае если будут вести самостоятельную политику, могут быть обделены при распределении бюджета. Такую «милость» от центра испытывали на себе в предыдущие годы несколько глав МО. Поэтому бюджетная самостоятельность муниципалитета не совсем выгодна республиканской власти, ведь тогда глава МО станет непослушным.
Темп роста(снижения) поступления налоговых и неналоговых доходов в консолидированные бюджеты муниципальных районов и бюджеты городских округов текущего года по отношению к предыдущему (%)
Цунтинский 373
Хивский 261
Кулинский 257
Курахский 237
Тляратинский 233
Кизилюртовский 213
Лакский 213
Дахадаевский 213
Хунзахский 209
Казбековский 206
Докузпаринский 203
Хасавюртовский 201
Сергокалинский 195
Гумбетовский 192
Шамильский 191
С.-Стальский 190
Гунибский 189
Левашинский 189
Цумадинский 188
Акушинский 187
Кумторкалинский 185
Каякентский 184
Табасаранский 180
Ботлихский 180
Новолакский 179
Унцукульский 179
Дербентский 170
Ахвахский 169
Кайтагский 167
Магарамкентский 167
Чародинский 166
Бабаюртовский 163
Карабудахкентский 163
Гергебильский 159
Ахтынский 155
Тарумовский 155
Рутульский 150
Кизлярский 142
Агульский 119
Буйнакский 112
г. Избербаш 105
г. Хасавюрт 104
г. Ю.-Сухокумск 98
г. Кизилюрт 85
г. Буйнакск 78
г. Даг. Огни 77
г. Дербент 76
Ногайский 75
г. Каспийск 67
г. Махачкала 66
г. Кизляр 62
Бежтинский участок 46
На фото: Финансовая зависимость от центра делает глав МО более послушными
Экспертное мнение
«Главное — морально-нравственные качества»
При оценке эффективности работы муниципальных органов власти необходимо учитывать в первую очередь те факторы, которые напрямую касаются населения района или города. Ведь подавляющее большинство проблем населения сосредоточено именно в муниципалитетах. Своим мнением относительно оценки эффективности работы глав МО поделился с нами дагестанский общественный деятель, в прошлом муниципальный служащий, профессор Сулейман Уладиев.
Сулейман Уладиев: «На мой взгляд, главным, чуть ли не единственным критерием оценки деятельности муниципальной власти является то, каким образом оказывают услуги населению. Как обстоят дела с жильем, каковы услуги ЖКХ, решены ли земельные вопросы, на каком уровне здравоохранение, образование, общественный порядок и т.д. Кроме того, важным фактором деятельности муниципальной власти является то, насколько рационально используются бюджетные средства, учитывая то, что бюджеты практически всех районов дотационные. Особое внимание стоит обращать на морально-нравственные качества главы района или города. Оценку этому должно давать население, а не республиканская власть. Когда народ говорит о том, что их глава честный, справедливый, добропорядочный человек, это является серьезным фактором для оценки его деятельности. Далее, я бы обратил внимание на отношение населения к власти. В принципе, отношение это складывается на основе вышеперечисленных факторов, и показать это отношение население может на выборах. Однако выборов как таковых у нас нет и не было. Раньше мы отдавали голоса за муку, сахар, деньги или же за то, что тот парень «свой пацан», а сейчас и вовсе ничего не дают, выборы как-то сами по себе проходят без участия населения. Поэтому стоило бы проводить в муниципалитетах независимые соцопросы для выяснения реальной оценки населения. Не всегда оценка населения может совпадать с оценкой, которую дает региональная власть, так как у них разные интересы. Если населению нужны в первую очередь его личные и рабочие качества, то региональной власти нужен свой человек, который будет послушным, обеспечит реализацию нужных проектов и нужный процент голосов во время выборов. Тут, как говорится, кому что надо.

Рейтинг:   / 0 

Создано 30.06.14
Автор: Рамазан Раджабов
Просмотров: 155
В четверг, 26 июня состоялась очередная, 38-я сессия Народного Собрания РД пятого созыва. На повестке дня рассматривались сразу 30 вопросов, но большинство из них не представляли большого интереса ни для журналистов, ни для самих депутатов. Практически по каждому вопросу решения принимались единогласно, без прений и выступлений. Вначале сессии депутаты приняли в свой состав нового депутата от Кулинского района — Гасана Алиева, который занял место трагически погибшего в Москве в результате ДТП депутата Чупалава Омарова. Новый депутат раньше работал в турфирме «Сириус», а также в компании «Авиалинии Дагестана».
Далее депутаты приступили к первому вопросу повестки — назначению мировых судей. Практически единогласно были утверждены все 14 кандидатов на должности мировых судей в разных районах. В конце этой процедуры с критикой такой методики назначения мировых судей выступил руководитель фракции «Патриоты России» Эдуард Хидиров. Депутат предложил выбирать судей не парламентом, а всенародно, так как законодательство позволяет это делать. По мнению Хидирова, механизм назначения судей может носить в себе коррупционную составляющую, так как кандидатуры сначала вносятся Верховным судом, потом утверждаются главой республики, и после этого депутаты практически вслепую голосуют за судей. Предложенная система всенародного избрания мировых судей делает судебную систему более прозрачной, считает лидер «Патриотов России».
Вопросы у депутатов возникли при рассмотрении законопроекта «Об исполнении республиканского бюджета РД за 2013 год». Выступавший по этому вопросу докладчик, первый заместитель министра финансов РД Али Исламов констатировал, что в 2013 году бюджет республики был исполнен не полностью, некоторые социальные проекты остались недофинансированными. На вопросы депутатов о причинах неполного исполнения бюджета замминистра ответил, что часть средств из федерального бюджета поступили только в конце декабря и поэтому просто не успели исполнить бюджет до конца.
Содокладчиком по данному вопросу выступил заместитель министра по управлению госимуществом РД Сурхай Сурхаев. В своем докладе он делал акцент на нецелевом использовании земельного фонда республики. В особенности эта проблема, по словам замминистра, касается земель отгонного животноводства. «Эти земли находятся в ведении правительства РД и переданы в аренду хозяйствам, которые там находятся. Часть земель либо используется не по назначению, либо вообще не используется. И налоги не платят», — сообщил Сурхаев и перечислил хозяйства-должники. Спикер парламента Хизри Шихсаидов сообщил, что это очень важный вопрос и по нему будет назначено парламентское расследование сразу после летних каникул.
Другим вопросом, на который стоило бы обратить внимание, стал вопрос роспуска районного собрания Цунтинского района. Законопроект «О роспуске представительного органа муниципального района “Цунтинский район” РД» не вызвал никаких вопросов у депутатов. На рассмотрение парламента этот вопрос внес глава республики. Основанием послужил тот факт, что районное собрание Цунтинского района в течение трех месяцев не проводило заседания. Решение об этом было принято Тляратинским районным судом 20 февраля текущего года, а 10 июня Верховный суд оставил это решение без внимания. Как известно, райсобрание, практически в полном составе состоящее из сторонников бывшего главы района Гусейна Магдиева, выступает против главы МО «Цунтинский район» Пахрудина Магомединова и блокирует работу администрации. Таким образом, представительный орган Цунтинского района больше не действует, и в районе должны состояться новые выборы в сентябре 2014 года.

Рейтинг:   / 2 

Создано 23.06.14
Автор: Рамазан Раджабов
Просмотров: 687
Кто и как представляет Дагестан в Азербайджане?

На прошлой неделе, уже после сдачи номера газеты в печать, на сайте главы Дагестана появился указ о назначении на должность представителя Дагестана в городе Баку Азербайджанской Республики Марата Аскендерова. «НД» выяснило, кто он и как будет представлять нашу республику в Азербайджане, с чем связан уход предыдущего и что вообще представляет собой представительство в соседней республике.

Ху из?
Узнать, кем же все-таки является вновь назначенный представитель в Баку, оказалось не совсем просто. В Министерстве по национальной политике Республики Дагестан, которое курирует работу представительств в разных городах России и СНГ, о нем не имеют представления. По крайней мере, два заместителя министра признались, что они понятия не имеют, кто он, и никакими данными о нем не располагают. Ничего не знают о новом назначенце и в управлении администрации главы и правительства РД по вопросам госслужбы, кадров и госнаградам. Хотя напрямую занимались этим вопросом. Не знает Марата Аскендерова ни Гугл, ни Яндекс, ни даже вновь созданный отечественный поисковик Спутник. Тут стоит сообщить, что большинство работников министерств, администрации главы и правительства РД не компетентны в вопросах предоставления необходимой информации СМИ. Каждый отсылает к другому, тот — к третьему, в итоге возвращаемся по кругу. А информации нет. Народ ведь имеет полное право знать, кто представляет их интересы в соседней республике. Тем более что финансируется это представительство из бюджета, то есть за счет нас с вами — налогоплательщиков.
Тем не менее, по нашим данным, Марат Аскендеров является родным братом депутата Госдумы из Дагестана, бизнесмена, владельца акций ООО ППО КИН и ООО «Космо Плюс» Заура Аскендерова, несмотря на то, что отчества их, согласно общедоступным источникам, не совпадают. Сам Марат Аскендеров занимается коммерческой деятельностью. Он является руководителем компаний ООО «Прогресс» и ЗАО «Бахус», занимающихся оптовой торговлей пищевыми продуктами в Москве и в Ставропольском крае. По национальности — кумык. Логичней было бы назначить на эту должность аварца, лезгина или цахурца, так как в Азербайджане живут в основном представители этих дагестанских этносов.
По зову общественности
Предыдущий представитель Дагестана в Баку Магомед Курбанов был смещен со своей должности еще в апреле 2013 года. Главу республики Рамазана Абдулатипова в то время не устроила работа Постоянного представительства в Республике Азербайджан. Впрочем, не устраивала фигура Магомеда Курбанова и множество дагестанцев, вынужденных держать контакт с соседней республикой, а также этнических дагестанцев, живущих в АР. Основной претензией к постоянному представителю было то, что он является азербайджанцем и вовсе не утруждает себя проблемой защиты интересов дагестанцев, оказавшихся по ту сторону границы.
Увольнение с должности Магомеда Курбанова тогда вписывалось и в заявленную новым руководством Дагестана политику очищения республики от кланов. Уволенный представитель является родным братом Курбана Курбанова, в течение многих лет возглавляющего Дербентский район. Отец Курбановых Сеид Курбанов также возглавлял Дербентский район в 1991—1998 годы. Однако «чистка» на этом остановилась, и вскоре близкие к Курбановым источники сообщили, что представитель в Азербайджане в ближайшем будущем вернется к своей должности. Видимо, это было только выдача желаемого за действительное.
Представительство и проблемы этнических дагестанцев
Помимо представления республики в соседнем государстве, организации двусторонних экономических, политических и культурных мероприятий постпредство обязано заниматься проблемами этнических дагестанцев, живущих в Азербайджане, поднять их на высокий уровень и содействовать их решению совместно с руководством двух республик. Однако в течение всего времени, пока существовало это постпредство, работа в этом направлении была провалена. Азербайджанские дагестанцы понятия не имеют, что есть такое представительство и что туда можно пойти со своими проблемами. В то время как дагестанские азербайджанцы смело обращаются в органы власти соседней республики и обязательно получают помощь от соплеменников.
А проблем у азербайджанских дагестанцев хватает. Так, в азербайджанских школах нет полноценного обучения на родных языках. Дагестанцы не имеют возможности научить своих детей читать и писать на родном для них аварском, лезгинском или цахурском языке. В тех азербайджанских школах, где обучается больше половины этнических дагестанцев, только в 20% школ преподается родной язык.
Представляется важным поднять вопрос представительства этнических дагестанцев в органах власти Азербайджанской Республики. Известно, что в Закатальском и Белоканском районах, где более 50% населения являются этническими аварцами, все главы исполнительной власти и другие высшие должностные лица являются азербайджанцами. Даже в тех селах, где 80% населения — аварцы, главой села назначается азербайджанец. Это дискриминация или управлять умеют исключительно азербайджанцы? Так почему бы постоянному представительству не поднять эти вопросы, а не заниматься банкетами, а также встречами и проводами различных высокопоставленных гостей из Дагестана?
Функции постпредства этим не ограничиваются. Глава Дагестана несколько раз говорил о важности сотрудничества с Азербайджаном, дагестанская делегация ездила в Баку с дружественным визитом. Азербайджан активно участвует в подготовке 2000-летнего юбилея Дербента. АР — основной торгово-экономический партнер РД, объемы торговли с которым ежегодно составляют не менее 30% внешнеторгового оборота республики. По данным дагестанской таможни, внешнеторговый оборот между Дагестаном и Азербайджаном ежегодно составляет примерно 370102,8 тыс. долл. США. Кроме того, Азербайджан — постоянный участник Дагестанского экономического форума. На территории РД реализуются инвестиционные проекты, ориентированные на азербайджанские рынки сбыта, в которых предусматривается азербайджанское участие.
Во всех этих делах активное участие должно принимать Постоянное представительство в Баку, которое возглавил пока еще малоизвестный нам Марат Аскендеров. Какова будет его работа и как он будет представлять наши интересы по ту сторону Самура, покажет время.
На фото: По ту сторону границы проблемы дагестанцев решаются плохо. Точнее, совсем не решаются…

Рейтинг:   / 0 

Создано 23.06.14
Автор: Рамазан Раджабов
Просмотров: 403
На этой неделе в дагестанском сегменте социальных сетей, а также в некоторых средствах массовой информации активно обсуждали новость о том, что в скором времени у республики может появиться новый гимн. Глава республики еще в конце прошлого месяца на очередной сессии Народного Собрания дал поручение спикеру парламента заняться разработкой проекта нового гимна. Однако страсти вокруг него не затихают. А надо ли менять гимн? И вообще, что представляет собой дагестанский гимн?
Наверно, нигде в мире больше нет гимна без слов, кроме как у нас. Гимн — это торжественная песня, восхваляющая государство, страну, республику. А у нас — песня без слов. В Дагестане этот полугимн был принят, как утверждает автор музыки Ширвани Чалаев, в 2003 году Народным Собранием после двухлетнего всенародного обсуждения. Непонятно, почему не смогли подобрать слова к такой важной музыке и почему Народное Собрание приняло музыку без слов, если так долго длилось обсуждение. Недовольство попыткой изменить гимн Ширвани Чалаев выражал в письме главе республики, которое было опубликовано в нашей газете. Понимаю тревогу и обиду автора, но все же у гимна как минимум должны быть слова.
Попытка Абдулатипова исправить это недоразумение воспринимается частью журналистов и блогеров как некое покушение на святое. А ведь до прихода Абдулатипова никто и не обращал внимания на этот гимн, многие даже не знали о его существовании. И в Народном Собрании он не звучал перед сессией. Глава республики напомнил о том, что когда-то существовал дагестанский гимн на слова Расула Гамзатова и музыку Мурада Кажлаева. Если бы оба этих композитора, Чалаев и Кажлаев, не были представителями одной национальности, то у нас моментально стали бы подавать это как ущемление одной из национальностей.
Ясно, что вопрос пока находится только на стадии обсуждения в Народном Собрании и над ним еще долго будут работать. Ведь за 1—2 месяца такие вопросы не решаются. Но почему истерика началась уже сейчас? К чему эти вопли и перевирание фактов? На сайте «Кавказский узел» появляется информация о том, что в Министерстве культуры РД якобы создается оргкомитет по изменению гимна республики. Автор Олег Ионов (вероятно, псевдоним) со ссылкой на начальника отдела искусств, художественного и музыкального образования Мадину Алиеву сообщает, что в оргкомитет войдут известные музыканты, руководители Даггосфилармонии и члены Союза композиторов.
Однако сама Алиева в разговоре с нами сообщила, что никакого оргкомитета не создается и комментариев об этом «Кавказскому узлу» она дать не могла, так как министерство никакого указания по работе над гимном не получало. Так зачем автор дает изначально недостоверную информацию? Тут дело вовсе не в гимне, а в элементарной человечности и порядочности. Просто хобби у кого-то такое — вечно искать сенсацию там, где ее нет.

Рейтинг:   / 5 

Создано 16.06.14
Автор: Рамазан Раджабов
Просмотров: 290
На днях Министерством регионального развития РФ проведены предварительные результаты оценки эффективности деятельности органов исполнительной власти субъектов РФ по итогам 2013 года с учетом динамики показателей за трехлетний период. Соответствующий доклад по результатам оценки направлен президенту РФ.
Как сообщил на брифинге по данному случаю министр регионального развития Игорь Слюняев, при оценке исполнительной власти основным критерием помимо экономических показателей являлся уровень гражданской поддержки и одобрения деятельности высших должностных лиц региона. Так, по этому показателю Дагестан занял одно из последних мест. В то же время республика вошла в число лидеров по темпам роста доли населения, которое положительно оценивает деятельность главы субъекта.
В качестве индикатора уровня развития экономики применялись показатели, характеризирующие объем инвестиций, оборот малого бизнеса, реальные доходы граждан, налоговые и неналоговые доходы консолидированного бюджета субъекта. Учитывалась также социальная сфера, куда вошли численность и смертность населения, уровень безработицы, качество общего образования, определяемого успеваемостью выпускников при сдаче ЕГЭ. Для определения уровня удовлетворенности граждан деятельностью органов исполнительной власти субъекта жители оценивают деятельность главы субъекта, качество медицинских услуг, работы коммунальных служб, условий для занятия физической культурой и спортом, состояние региональной безопасности.
Стоит отметить, что в формуле оценки эффективности на развитие экономики приходится 50% совокупного удельного веса показателей, на развитие социальной сферы — 30%, на результаты опросов населения, которые проводит ФСО России, — 20%. То есть в первую очередь учитываются экономические показатели, а мнение населения — в последнюю очередь.
Непросвещенный читатель может неправильно понять все тонкости этих показателей. При желании можно сделать и любые выгодные себе выводы. К примеру, в сети Интернет результаты оценки данного исследования часть пользователей преподносят как провал команды нынешнего главы республики. Но при детальном изучении доклада видим, что за 2013 год по уровню доверия населения к органам исполнительной власти республика занимает лидирующие позиции. По результатам опросов, проведенных ФСО, в Республике Дагестан, Иркутской, Магаданской и Самарской областях доля респондентов, положительно оценивающих деятельность глав субъектов РФ, за 2013 год увеличилась более чем на 15 пунктов. Наибольшее снижение уровня удовлетворенности граждан деятельностью органов исполнительной власти в 2013 году отмечено в Чеченской Республике. По уровню роста экономики Дагестан занимает 30-е место, а по динамике развития вышел на первое место. Кроме того, рост отмечается и по уровню роста налоговых и неналоговых доходов. В документе говорится, что наибольший рост показателя отмечается в Республике Ингушетия (на 25,7%), Республике Дагестан (на 24,6%) и Республике Адыгея (на 21%). Но вместе с тем объем этих самых налоговых и неналоговых доходов на душу населения в республике очень низкий и составляет только 8,7 тысяч рублей. По всем показателям республика в 2012 году находилась на 56-м месте, а в 2013 году вышла на 34-е место. А если в целом оценить среднегодовые значения показателей за 2011—2013 годы — республика в числе аутсайдеров. Дагестан занимает одну из низких позиций по уровню показателя в то же время находится в числе лидеров по его росту.
При оценке президентом РФ деятельности глав субъектов учитывается именно динамика. Как рассказал Игорь Слюняев, именно динамика характеризует эффективность деятельности региональных органов исполнительной власти, их способность достигать и поддерживать высокий уровень развития. Таким образом, тут главное — как посчитать и что учитывать. Каждый смотрит на эти цифры исходя из собственных политических предпочтений и трактует по-своему.
Высокий уровень влиятельности и авторитета главы республики на федеральном уровне показал и недавно опубликованный газетой «Известия» рейтинг эффективности глав регионов. Возглавляемый Константином Костиным Фонд развития гражданского общества включил Рамазана Абдулатипова в группу губернаторов с очень высоким рейтингом. В нем глава Дагестана занимает 21-е место. По сравнению с предыдущим месяцем наметился незначительный спад, рейтинг Абдулатипова снизился на две позиции. Но судя по этим данным делать выводы о кадровых изменениях в руководстве субъектов региона вряд ли стоит. Если даже и происходит смена, то, наверное, не из-за экономических показателей или же уровня доверия населения. Политика Кремля по отношению к руководителям глав субъектов редко поддается очевидной логике. Так, по результатам 2013 года тогдашний губернатор Красноярского края Лев Кузнецов вошел в число аутсайдеров по оценке эффективности органов исполнительной власти. Наряду с другими Красноярский край вошел в число регионов, у которых отмечается ухудшение более чем на 10 позиций. Однако это не помешало ему возглавить недавно созданное Министерство по развитию Северного Кавказа.
На фото: Степень доверия дагестанцев к исполнительной власти республики каждый рейтинг трактует по-своему
Фото: Евгений Костин

Рейтинг:   / 5 

Создано 16.06.14
Автор: Рамазан Раджабов
Просмотров: 685
На этой неделе произошло назначение нового заместителя министра связи и телекоммуникаций. Постановлением председателя правительства Республики Дагестан на эту должность назначен Кахриман Юсуфов, работавший ранее в том же ведомстве на должности начальника управления развития государственных услуг.
Казалось бы, нет тут ничего удивительного и достойного внимания со стороны общественности. Но это назначение вызвало бурное обсуждение в социальных сетях и в журналистском сообществе. Причиной тому стал факт, что Кахриман Юсуфов является родным братом министра экономики и территориального развития РД Раюдина Юсуфова. Если дать этому событию правовую оценку, то никакого нарушения закона в этом нет. Однако у населения вызывает справедливые вопросы то, насколько оправдано нахождение на высоких должностях сразу четырех братьев. Стоит отметить, что общественность обратила внимание на стремление семьи Юсуфовых занимать высокие должности еще в декабре 2013 года. Тогда в утвержденном главой республики списке лиц, включенных в резерв управленческих кадров Республики Дагестан, оказались сразу три брата Раюдина Юсуфова. В настоящее время два других брата — Юсуфдин Юсуфов и Мавзудин Юсуфов — работают в Министерстве сельского хозяйства и продовольствия РД на должностях начальника управления животноводства и заместителя начальника отдела по развитию виноградарства соответственно. Оба состоят в кадровом резерве на замещение должности заместителя министра сельского хозяйства и продовольствия. 

Рейтинг:   / 1 

Создано 08.06.14
Автор: Мурад Мурадов
Просмотров: 473
В конце минувшей недели завершилось интернет-голосование по кандидатам в Общественную палату (ОП) России. Не обошлось без скандала — двое кандидатов, в числе которых и наш земляк Руслан Курбанов, были сняты с голосования за пять часов до его официального окончания.
Отметим, что Общественная палата России нового созыва формировалась в несколько этапов. 40 членов были назначены президентом России, 83 делегировались от региональных общественных палат, а остальные 43 должны были пройти в ОП по результатам рейтингового интернет-голосования. Такой формат был применен впервые. Голосование проходило с 1 по 30 мая включительно.
Свою кандидатуру в члены ОП по направлению «Развитие информационного общества, СМИ и массовых коммуникаций» выставил и вице-президент Федеральной лезгинской национально-культурной автономии, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, эксперт рабочей группы ОП РФ по Кавказу Руслан Курбанов.
Незадолго до окончания выборов кандидатуры Курбанова и главы Российского конгресса народов Кавказа Алия Тоторкулова были сняты. Решение об этом было принято 30 мая, за пять часов до окончания голосования, на заседании рабочей группы по организации и проведению конкурса. По словам главы рабочей группы Владислава Гриба, это было сделано «из-за применения незаконных информационных технологий (DDOS-атак, накруток) и попыток покупки голосов, а также использования роботизированных программ».
Руслан Курбанов рассказал корреспонденту «НД», как проходило голосование и что он думает о его итогах.
— Официальные представители Общественной палаты России лично вам объяснили причины, по которым вы были сняты с голосования?
— Нет, нам до сих пор никто ничего не объяснил. О причинах мы узнали через СМИ. Хотя у аппарата Общественной палаты были наши электронные адреса, номера телефонов. Никто даже не удосужился позвонить или написать нам.
30 мая вечером у здания ОП собрались сотни возмущенных наших избирателей, но кроме певицы Дианы Гурцкой, члена ОП России, которая взяла на себя смелость переговорить с возмущенными, к ним никто не вышел. Все остальные работники, получается, прятались за спиной хрупкой девушки.
— Вы пять лет работали экспертом Общественной палаты и теперь, когда претендуете на вхождение в ее состав, вас снимают за несколько часов до окончания голосования. Вам не показалось странным такое отношение к своим экспертам?
— У нас в чиновничьей среде царит бездушное отношение к человеку, даже если он был многие годы твоим коллегой. Если есть сигнал, что кого-то надо оставить за бортом, то в его сторону никто не посмотрит. Этого не избежал в свое время и бывший премьер-министр Михаил Фрадков.
— Рабочая группа считает, что имела место «накрутка» голосов. Возможно ли такое при голосовании через портал «Госуслуги»?
— Примерно на третьей неделе голосования поддержка избирателей уже выводила меня в лидеры голосования, но затем меня обошли конкуренты. Второй раз мы в лидеры выбились в последние три дня голосования. Для того чтобы проголосовать, необходимо было получить через «Почту России» коды активации, а они массово стали приходить только под конец месяца. Соответственно, люди, чтобы не упустить время, собирались в штабах, чтобы успеть проголосовать. С этим запоздалым приходом в регионы писем с кодами активации и был связан резкий рост числа проголосовавших за нас именно в последние дни. На момент снятия моей кандидатуры за меня было отдано около 42 тысяч голосов.
— В ОП считают, что такой результат был достигнут благодаря роботизированным программам, которые голосовали с невероятной скоростью.
— Максимальная скорость голосования за нас была 1600 голосов в час, это при том, что у наших конкурентов по другим группам скорость доходила до трех тысяч голосов в час! И это у руководителя профсоюза птицеводов…
Нам известно, что большое количество избирателей продавали свои голоса, были открыты пункты по скупке голосов. У нас есть ссылки на соответствующие объявления. Один кандидат даже предлагал косвенный подкуп — за голоса он предлагал скидки на подмосковные земли. Эти факты никого не интересуют, но зато двух кандидатов от кавказских организаций очень быстро сняли за пять часов до окончания голосования, чтобы гарантированно провести своих кандидатов.
Своим заявлением о накрутке нами голосов с помощью роботизированных программ Общественная палата сама же себя и дискредитировала. Если безопасность портала «Госуслуги», через который шло голосование, можно так легко обойти, то все эти выборы надо отменять.
— А с какой целью создавались специальные штабы?
— Чтобы проголосовать, необходимо было зарегистрироваться, а для подтверждения регистрации — получить по почте код активации. Затем, чтобы проголосовать, приходилось переходить с одного сайта на другой. В итоге люди, которые привыкли только проверять электронную почту, путались и бросали это дело на полпути, пока наши штабы не предложили им свою помощь в регистрации. Штабы были созданы по всему Кавказу и всей России.
— С чем вы связываете нежелание видеть вас в составе ОП?
— Я так полагаю, решение о нашем недопуске в палату было принято не в последний день, это было решено задолго до окончания голосования. В группе Тоторкулова «Межнациональные отношения» и в моей «Развитие СМИ» слишком много было креатур власти, которые могли напрямую договариваться о вхождении в ОП.
А такой прыти от кавказских кандидатов мало кто ожидал, думали просто, что останемся в конце рейтинга. А мы из-за невероятного подъема гражданского самосознания возглавили рейтинги. Но, как оказалось, голос Кавказа в ОП РФ не нужен ее руководству.
— Лично для вас что значит членство в Общественной палате России?
— Я знаю эту структуру изнутри, поскольку уже пять лет являюсь ее экспертом. Для ее членов предусмотрена зарплата, им не даются привилегии, служебные машины или роскошные кабинеты. Естественно, я шел туда не за регалиями. Единственное, что получает член ОП, — это право писать официальные запросы в органы государственной власти с требованием соблюдения прав и свобод человека в разных сферах — будь то социальная, образовательная, межнациональная. Я шел, чтобы иметь в истерической волне, которая накрыла наши СМИ, возможность защитить доброе имя Кавказа, ислама, своих земляков и единоверцев, а также остальных граждан РФ.
Видимо, такого активного члена в палате и не захотели видеть. Им, наверное, нужны гораздо более предсказуемые птицеводы и работники профсоюза крематориев, которые и прошли в палату.
— Владислав Гриб назвал интернет-голосование новым шагом развития электронной демократии в стране. Судя по тому, что вы рассказываете, это не совсем соответствует правде.
— Любая попытка облегчить демократические процедуры в стране должна приветствоваться. Но у нас в стране, как всегда, все делается невероятно усложненно, мудреным путем, чтобы иметь возможность обойти все эти механизмы, создаваемые якобы для прозрачности.
В итоге мы получили «шестиэтажную», абсолютно непрозрачную систему, когда в процессе голосования были задействованы такие структуры, как Ростелеком, Госуслуги, Почта России, Российская общественная инициатива, сайт Общественной палаты.
Ничего удивительного не вижу в том, что выборы закончились скандалом, фарсом, профанацией и дискредитацией всей системы прямого голосования. Думаю, итоги выборов должны быть пересмотрены или хотя бы существенно доработана сама система онлайн-голосования.
— В случае пересмотра итогов выборов вы намерены предпринять еще одну попытку войти в состав ОП? И собираетесь ли вы оспорить итоги голосования через суд?
— Сейчас юристы работают над тем, чтобы отстоять права наших избирателей в правовом поле. На мой взгляд, это абсолютно малоперспективное дело, потому что мы знаем, как в нашей стране умеют затягивать дела в судах, доводить до полного маразма, чтобы человек угробил все свои силы в этих бесконечных тяжбах.
Более эффективный метод — доведение до сведения ответственных чиновников сложившейся позорной ситуации, в том числе до высшего руководства страны. Сейчас наши штабы инициируют сбор подписей к высшему руководству страны.
Общественная палата этим голосованием полностью дискредитировала себя в глазах в первую очередь всего Кавказа. И я просто не представляю себе, как этот созыв, который избран на три года, будет работать с кавказскими регионами. С каким лицом они будут приезжать на Кавказ и рассказывать о демократии, о свободе волеизъявления, о защите прав и свобод граждан России. Поэтому я считаю, что это удар по легитимности самой палаты, по ее возможности работать в национальных регионах. Я призываю земляков проявить максимум гражданской сознательности, чтобы впредь не позволять вытворять с нами подобные фокусы.
— В этой ситуации, думается, ждать помощи от руководства республики не придется, так как Министерство печати и информации и Союз журналистов Дагестана призывали поддержать вашего прямого конкурента — руководителя холдинга «КЧР медиа» Александра Малькевича?
— Я думаю, по Малькевичу это был чиновничий циркуляр, который спущен с уровня СКФО. Он возглавляет телекомпанию, но на Кавказе он не известен широкой публике. Голосование показало, что обычными чиновничьими циркулярами здесь ничего не решается. Тут нужна широкая гражданская мобилизация избирателей, что мы с моим старшим партнером и соратником Алием Тоторкуловым и попытались сделать. Я не понимаю, как органы госвласти могут призвать поддержать какого-либо кандидата при общественных выборах в структуру гражданского контроля над властью.
В завершение хотел бы обратиться к своим землякам со словами искренней признательности за ту поддержку, которую они мне оказали на этих выборах.

Рейтинг:   / 0 

Создано 08.06.14
Автор: Идрис Юсупов
Просмотров: 374
Второй по счету Чрезвычайный съезд народов Дагестана состоялся 31 мая в Махачкале.
Напомним, первый независимый съезд проходил 26 ноября 2012 года в Москве, был прозван «космическим» (проводился в гостинице «Космос» г. Москвы из-за проблем с его проведением в Дагестане) и направлен на критику действий и выражение недоверия на тот момент президенту Дагестана Магомедсаламу Магомедову. Вскоре после съезда, в январе 2013 года, последовала отставка Магомедова и назначение главой Дагестана Рамазана Абдулатипова.
Второй съезд уже был посвящен критике и выражению недоверия руководящему Дагестаном в течение полутора лет Рамазану Абдулатипову. Как заявили организаторы, с учетом попыток действующего республиканского руководства сорвать проведение съезда мероприятие проводилось в закрытом режиме, без предварительного широкого освещения. В марте этого года на собрании оргкомитета было принято решение о проведении съезда 19—20 апреля, однако из-за давления правоохранительных органов 19 апреля мероприятие было сорвано еще до начала — делегаты были разогнаны, и в дальнейшем полицейскими чинились препятствия в проведении пресс-конференции.
На этот раз оргкомитет собрал делегатов 31 мая в банкетном зале «Розовый фламинго».
Вел мероприятие бывший глава отделения Пенсионного фонда России по Дагестану Амучи Амутинов. По его словам, на съезде присутствовал 271 делегат из городов и районов Дагестана — представители джамаатов, общественных и правозащитных организаций.
Было подчеркнуто, что, единогласно выражая недоверие Абдулатипову, делегаты съезда в то же время единогласно поддерживают курс президента России Владимира Путина — на трибуне президиума висел плакат в его поддержку, позади трибуны для выступающих находился его большой портрет.
Практически все выступающие на съезде говорили о своих обманутых ожиданиях, связанных с приходом Абдулатипова, о надеждах на изменения в начале и разочарованиях по истечении полутора лет его правления, о многочисленных «высоких» словах Абдулатипова и не соответствующих им делах.
Организаторами съезда делегатам было предложено проголосовать за кандидатов для представления президенту России к назначению на должность главы республики. В список для голосования были включены все более-менее значимые политические фигуры Дагестана с дополнением из числа кандидатур, предложенных делегатами съезда. По результатам голосования наибольшее количество голосов набрали глава дагестанского отделения партии «Справедливая Россия» Гаджимурад Омаров, затем вице-спикер Совета Федерации Ильяс Умаханов и глава Хасавюрта Сайгидпаша Умаханов.
Кроме того, на съезде было объявлено об учреждении общественного «Суда народов Дагестана», который займется оценкой деятельности должностных лиц.
Завершился съезд принятием резолюции с неудовлетворительной оценкой деятельности Рамазана Абдулатипова, выражением ему недоверия и предложением добровольно уйти в отставку. В адрес Владимира Путина были обращены предложения о досрочном прекращении полномочий действующего главы республики и назначении на должность одного из трех кандидатов, набравших наибольшее количество голосов делегатов съезда.
4 июня на пресс-конференции, проведенной оргкомитетом съезда, было заявлено, что резолюция и официальные документы съезда уже направлены президенту России и что в случае отсутствия реакции власти на обращение съезда будет начата подготовка к проведению общедагестанского митинга. На пресс-конференции также были даны комментарии по поводу различных заявлений о легитимности проведенного съезда и обоснованности заявленных им требований.
Между тем советник главы Дагестана Деньга Халидов считает прошедшее мероприятие не съездом народов Дагестана, а заказной подпольной «сходкой». «31 июня в банкетном зале «Фламинго» в Махачкале-I прошло мероприятие, которое его организаторы назвали «Чрезвычайный съезд народов Дагестана», — говорится в комментарии, присланном Халидовым в редакцию «НД». — Интересно, что большинство членов оргкомитета съезда (Гайирби Гайирбиев, Камалудин Будайчиев и др.) не были поставлены в известность о дате и месте намечаемого мероприятия. Другие члены оргкомитета (всего три человека) умудрились провести сельские сходы, собрания граждан и депутатов в муниципальных районах и городах и выбрать делегатов на съезд. Вы можете представить себе: как можно организовать все это и съезд народов, да так, чтобы об этом не знали 95%? Лучше бы назвали это мероприятие «конференцией представителей некоторых общественных организаций и инициативных групп джамаатов», чтобы не вводить людей в заблуждение. Но организаторы мероприятия (Гаджимурад Омаров и Амучи Амутинов) вместе с заказчиками, о которых можно только догадываться, рассчитывают преподнести все это именно как «съезд народов», и никак иначе, для Кремля (В. Путина) и на «Старую площадь». Очевидно, рассчитывают на то, что там лохи; так им и поверят, что в Дагестане прошел легитимный съезд.
А кто заказчик? На этой «сходке» Путину предложили три кандидатуры на должность главы Дагестана: Ильяса Умаханова, зампреда Совета Федерации; Сайгидпашу Умаханова, мэра Хасавюрта (не спрашивая его, кстати, и подставив таким образом); Гаджимурада Омарова, бизнесмена и руководителя дагестанского отделения партии «Справедливая Россия». Сайгидпаша уже отмежевался от этого мероприятия. А что Ильяс Умаханов? Неужели он заказчик? Как можно представлять исполнительную власть Дагестана в Совете Федерации России и соглашаться с организаторами мероприятия?
Чтобы снять всякие подозрения, ему, очевидно, надо отмежеваться от организаторов и решений «чрезвычайного съезда». Иначе остается предположить, что он заодно с ними.
Безусловно, реальные проблемы, которых очень много в Дагестане, годами копились и их невозможно решить за год. Появились и новые проблемы, и коррупция все также дает о себе знать, в особенности – в некоторых муниципальных районах и в некоторых министерствах. Пора принимать давно назревшие оргрешения по этим районам, иначе население этих районов будет переносить свое недовольство на руководство республики. Очень много дагестанцев ждут от Абдулатипова Р.Г. решения этих назревших проблем. Я уверен, тогда разговоров будет значительно меньше, а доверия — больше. Как это было летом и в начале осени 2013 г., когда рейтинг доверия к главе республики просто зашкаливал. Если даже сейчас далеко не так, но судя по расширенному совещанию правительства республики и по тому, как настроен сам Р.Абдулатипов и члены его правительства эти надежды сохраняются, ибо есть для этого основания. Какие же эти основания?
Дело в том, что именно с подачи главы Дагестана были инициированы различные контрольные проверки, которые выявили более 200 нарушений в бюджетной сфере (нецелевое использование средств, различные злоупотребления а то и откровенные хищения) на сумму более 20 млрд. руб. Эти проверки осуществлялись республиканскими контрольными органами, включая и Счетную палату, а не кто-то другой.
Многие общественные активисты признают, что министры в правительстве и члены его (Абдулатипова Р. Г.) команды в Администрации повернулись лицом к людским проблемам. Они стараются и даже очень, и результаты уже есть. Хотя, часть старого аппарата привыкла забалтывать проблемы и много бюрократизма. Тем не менее, дело сдвинулось с «мертвой» точки. Во всяком случае, очевидны новые подходы, когда власть повернулась лицом к народным нуждам и общественным организациям, отражающим их. Наглядный пример – недавно состоявшийся (17 апреля) Форум общественных организаций и ученых Дагестана, где обсуждались реальные проблемы и принимались рекомендации (по приоритетным проектам развития республики), и где присутствовали глава республики и члены его правительства. Можно привести и другие примеры.
Кроме того, республика за последний год почти по всем важнейшим показателям – лучшая в СКФО и одна из лучших в России (по инвестиционной привлекательности, по росту промышленности и экономики в целом, по эффективности управления и по др. показателям). Не замечать этого – значит лукавить и выполнять чей-то заказ».

Рейтинг:   / 2 

Создано 08.06.14
Автор: Administrator
Просмотров: 196
Врио президента Республики Дагестан Абдулатипову Р.Г. Копии — председателю Народного Собрания РД Шихсаидову Х.И. и председателю правительства РД Меджидову М.М.
«Многоуважаемый Рамазан Гаджимурадович! Мне стало известно, что Вами дано поручение изучить общественное мнение по вопросу целесообразности создания нового гимна и при необходимости подготовить предложение. Простыми словами, это есть указание усомниться в гимне Дагестана композитора Ширвани Чалаева, единогласно принятом Народным Собранием республики в 2003 году после практически двухлетнего всенародного обсуждения. Допускаю, что это лично Вас и Ваше окружение не устраивает. При этом за все это время Вы даже не сочли необходимым встретиться с автором гимна республики, народным артистом России и Дагестана, лауреатом Государственных премий России и Дагестана, лауреатом премии правительства Российской Федерации и трех международных премий, секретарем Союза композиторов России.
Вероятно, Вы уже решили все актуальные вопросы экономической и общественно-политической жизни республики, и сейчас самое время заняться судьбой гимна. Решение, достойное восхищения. Позволю себе заметить: кроме того, что я автор музыки гимна, я еще гражданин Республики Дагестан, который исходил все его дороги, изучил душу наших народов в его великих песнях и вывел эту музыку на мировую музыкальную арену. И я, соответственно, заявляю, что в музыке гимна сохранены во всей полноте честь, достоинство, мощь и красота наших народов, их история, их гордость. Напомню, что на создание гимна был объявлен конкурс, и из всех представленных работ была выбрана именно моя музыка. Не в обиду Вам скажу, в музыке я все же смыслю чуть больше многих и горжусь, что гимн Республики Дагестан красивее, величавее и интеллектуальнее многих ныне существующих гимнов.
Уважаемый Рамазан Гаджимурадович, вы сейчас врио президента Дагестана. Гимн же мой был принят на постоянно. Ваше желание изменить гимн республики было бы понятнее, если бы Вы занялись этим вопросом после избрания Вас президентом. Я отдаю себе отчет, что этим письмом я даю Вам шанс исключить меня и мою музыку из жизни Дагестана и подвергнуть ревизии все мои произведения, звучащие сегодня в мире, и в том числе десять опер, шедших и идущих в столице нашего государства и за его пределами, не говоря уже о триумфальном шествии по миру песен народов Дагестана в моем исполнении. Реальность такова, что в природе вряд ли существуют гимны, которые устраивают всех, точно так же, как не может быть и руководителя, который устраивал бы абсолютно всех. Гимн Республики Дагестан единогласно принят парламентом, социальный строй не изменился, этот вопрос не вынесен на повестку дня ни общественностью, ни творческой интеллигенцией республики. Считаю, менять гимн республики в связи с приходом нового ее руководителя нет необходимости.
С уважением, автор гимна республики, композитор Ширвани Чалаев.
P. S. Это письмо мною было составлено еще 26 мая 2013 года, когда впервые был поднят этот вопрос. Теперь, после Вашего повторного указания Х.И. Шихсаидову, становящийся врио автора гимна Республики Дагестан решил опубликовать это письмо».

Рейтинг:   / 1 

Создано 01.06.14
Автор: Рагимат Адамова
Просмотров: 1024
В четверг в Народном Собрании республики состоялось очередное, 37-е по счету заседание. Сессия НС РД обещала быть скучной. На повестку дня были вынесены законопроекты об образовании, мерах соцподдержки граждан, усыновивших детей-сирот, о госполитике в области сельскохозяйственного товарного рыболовства и т.д. Как показывает практика, такие вопросы не вызывают среди депутатов бурного обсуждения. И даже изменения в бюджете не оживили бы народных избранников, если бы не заминка при традиционном исполнении гимна и последовавшее вслед за этим заявление главы республики.
После того как Юрий Левицкий (он председательствовал вместо отсутствующего спикера Хизри Шихсаидова) объявил заседание открытым, депутаты по обыкновению встали для прослушивания гимнов России и Дагестана, однако ни через минуту, ни через две музыка не зазвучала. Народные избранники стали переговариваться между собой в недоумении, а присутствовавший на сессии Рамазан Абдулатипов объявил: «Так будем стоять до вечера». Кто-то из депутатов предложил: «Давайте споем сами». В ответ прозвучало: «А что петь, дагестанский гимн без слов?». Сотрудники администрации засуетились, но неполадки устранить так и не смогли.
«Технические неполадки, есть предложение продолжить работу», — предложил было, присев, Левитский. «Я без гимна не сяду!» — отрезал глава РД.
Самым находчивым оказался депутат от «Правого дела» Магомед Шабанов. Он включил российский гимн на планшете и подставил гаджет под микрофоны, чтобы всем было слышно. Когда отзвучал российский гимн, из колонок зала заседаний послышалась концовка дагестанского гимна.
Затем заседание продолжилось в штатном режиме. Руководитель фракции КПРФ Махмуд Махмудов поднял вопрос о господдержке сельхозпроизводителей и предложил возродить госторговлю и потребкооперацию. Депутат от партии «Патриоты России» Мадер Канберов выступил с предложением проанализировать силуановскую (Антон Силуанов, министр финансов РФ. — «НД») речь о введении налога на имущество на вторичное жилье. Справедливороссы подняли вопрос об экологии, а представитель «Единой России» Газимагомед Абдуллаев затронул проблему застройки прибрежной рекреационной зоны, где некоторые лица даже умудрились зарегистрировать право собственности на объект, а также проблему до сих пор не завершенного в республике процесса разграничения земель.
Комментируя выступления депутатов, Абдулатипов не смог не остановиться на инциденте с гимном: «Если бы Юрий Левицкий подчинялся мне, он потерял бы работу или получил строгий выговор, а начальник аппарата остался бы без работы. К государственной атрибутике надо относиться щепетильно. И что значит: «Технический сбой, давайте начнем работать»? Как можно начинать работать, если у вас нет легитимности, то есть не прозвучал гимн?». Абдулатипов поручил руководителям фракций, министерств, ведомств и своей администрации аттестовать подчиненных на знание слов гимна России и вернуться к вопросу пересмотра дагестанского гимна. «А то, когда слушаешь дагестанский гимн, ощущение, будто идут жалобы и письма из районов», — отметил глава РД. О гимне Абдулатипов ранее говорил не раз. Он, в частности, предлагал заменить чалаевскую музыку на кажлаевскую и использовать стихи Расула Гамзатова.
Глава Дагестана напомнил о недавнем форуме в Санкт-Петербурге, обратив внимание на важность выступления Владимира Путина. Абдулатипов провел параллель между Крымом и Дагестаном. Крым, по его мнению, упал в руки России потому, что не был интегрирован в экономику и культуру Украины. В таком же состоянии последние годы находится и Дагестан. У республики нет ни одного экономического или культурного проекта ни с одним субъектом России или же другими странами, расположенными по соседству, и если чиновники не проснутся, то республику может ждать похожий сценарий.
Руководитель республики поддержал предложение коммунистов о создании потребкооперации и поручил заняться этим вопросом Министерству торговли Дагестана. Самому министру он напомнил о своем поручении создать дагестанский знак для продукции, которая выпускается в республике. Услышав от министра ответ: «Прорабатываем», Абдулатипов пригрозил: «Если через десять дней он не будет готов, я этот знак сделаю черной краской на вашем костюме!».
Комментируя выступления депутатов «СР» и «ЕР», глава РД назвал главными врагами природы Министерство природных ресурсов, природоохранную прокуратуру и других чиновников. Следующая его фраза: «Слава богу, что на берегу моря дома построили и где-то привели в порядок берег, а там, где нет построек, — одни лужи и разруха», — у многих вызвала недоумение. Возможно, глава республики имел в виду свой дом, построенный на берегу моря, позабыв, как и многие чиновники, что по российскому законодательству строительство в рекреационной зоне запрещено, как и то, что говорил совсем недавно о том, что жителям Дагестана надо обеспечить свободный проход к морю.
Были также внесены изменения в республиканский бюджет на 2014—2016 годы. Согласно справке Минфина и Счетной палаты республики, доходная часть республиканского бюджета оценивается в 84,7 млрд рублей, что на 613,2 млн выше утвержденных показателей, тогда как расходы составляют 89,2 млрд руб. Увеличение связано с тем, что из федерального бюджета были выделены средства на модернизацию региональных систем дошкольного образования. В Республиканскую инвестиционную программу на этот год были внесены дополнения и включено строительство детсадов в селах Чапаево Новолакского района (81,9 млн руб.), Мекеги Левашинского района (70,4 млн руб.), Хутрах Цунтинского района (38,4 млн руб.), Карамахи Буйнакского района (38,4 млн руб.), Новый Чиркей Кизилюртовского района (32 млн руб.), Коркмаскала Кумторкалинского района (70,4 млн руб.), Ашага-Стал-Казмаляр Сулейман-Стальского района (70,4 млн руб.), Эндирей Хасавюртовского района (70,4 млн руб.), а также в Махачкале (160 млн руб. на два детсада) и Хасавюрте (134,4 млн руб.). В то же время в связи с преобразованием казенных предприятий в государственные казенные учреждения предусмотрено уменьшение Республиканской инвестиционной программы на 127,9 млн руб. В целях сбалансирования расходов республиканского бюджета резервный фонд РД сокращен на 60,5 млн руб.
На 30,7 млн руб. сокращены и расходы на предупреждение и ликвидацию чрезвычайных ситуаций на реках Терек и Аксайка, а оставшиеся 69,3 млн рублей будут направлены на работы по развитию водохозяйственного комплекса в республике, рассчитанные до 2020 года.
На фото: Планшет Магомеда Шабанова позволил посадить депутатов
Фото: Евгений Костин

Рейтинг:   / 0 

Создано 01.06.14
Автор: Мурад Мурадов
Просмотров: 318
Местное самоуправление станет ближе к народу?

В своих ежегодных посланиях парламентариям президент страны Владимир Путин и глава республики Рамазан Абдулатипов подчеркивали важность проведения реформы местного самоуправления. Путин предложил в декабре рассмотреть варианты развития сильной, независимой, финансово состоятельной власти на местах (соответствующий закон уже подписан им, но пока еще не вступил в силу), а Абдулатипов в январе призвал подумать о слиянии городов и районов в единые муниципальные образования (на текущей неделе профильный комитет Народного Собрания РД обсудил этот вопрос).

Президентская инициатива
О необходимости реформы местного самоуправления в стране говорили на протяжении последних 3—4 лет, а в конце декабря внимание на этом акцентировал в своем послании Федеральному Собранию Владимир Путин. В марте проект закона был готов, позже его одобрили обе палаты парламента. А в минувший понедельник, 26 мая, в ходе заседания Совета при президенте по развитию местного самоуправления в Иваново Владимир Путин сообщил, что закон, уточняющий ряд общих принципов организации местного самоуправления, уже подписан.
Нормы данного закона предоставляют право субъектам Федерации самим находить оптимальные формы самоуправления и способы избрания глав муниципалитетов. То есть поправки, одобренные президентом России, предлагают рамочные условия — регионы сами должны выбрать одну из предлагаемых федеральным законодательством схем.
По словам президента Общероссийского конгресса муниципальных образований и сенатора Степана Киричука, изменения расширяют вариативность систем организации местного самоуправления. «Вводятся два новых вида муниципальных образований: городской округ с внутригородским делением и внутригородской район, — пояснил сенатор. — Эти образования могут иметь свои источники доходов, чтобы исполнять обязательства перед населением, а порядок избрания главы муниципального образования будет устанавливаться законом субъекта Федерации. Главы муниципальных образований будут выбираться везде, начиная от маленького села и заканчивая крупным городом. При этом формы выборов могут быть разными».
Сам Владимир Путин считает, что данные изменения повышают роль и самостоятельность местного самоуправления и максимально приближают представителей власти к людям: «Нормы эти не носят императивного характера, они не навязываются, и они не обязательны, но это еще одна из опций, которую можно выбрать. Каждая конкретная территория должна сама решить, как строить систему местной власти, какая форма организации местного самоуправления в наибольшей степени отвечает интересам граждан», — отметил президент.
«Базовая идея реформы состоит в том, — продолжил Путин, — чтобы четко определить, за что отвечают низовой уровень муниципальной власти и представительный орган муниципального образования. Например, за первыми закрепляются управление муниципальной собственностью, формирование и исполнение местного бюджета, установление структуры органов местного самоуправления и так далее. Полномочия, отнесенные к компетенции представительного органа: установление местных налогов, принятие планов и программ развития муниципального образования, контроль работы чиновников на местах.
Решения о перераспределении полномочий в отношении конкретного муниципалитета должны закрепляться соответствующим законом субъекта Федерации, а сами полномочия — передаваться только вместе с финансовыми средствами на их реализацию. Это дает возможность обеспечить подход к каждому муниципальному образованию с учетом их различий и особенностей».
Дело за депутатами
«В России муниципалитеты являются зависимыми, дотационными, — говорит заместитель председателя комитета по местному самоуправлению Народного Собрания Дагестана Газимагомед Абдуллаев. — Во многом это стало результатом того, что налоговые режимы, установленные для пополнения доходной части бюджета муниципалитетов, не позволяют им быть самодостаточными, это касается даже самых развитых территорий. В Дагестане в 2013 году 40% от сбора налога на доходы физических лиц поступали в муниципальный бюджет, в 2014 году их ограничили 16% для городов и 59% для районов.
Думается, что государство не готово еще делиться своими ресурсами с муниципалитетами и пока не способствует тому, чтобы они твердо стояли на ногах и были сильными. И в новом законе в плане обеспечения финансовой самодостаточности муниципалитетов существенных сдвигов нет. Но в то же время президент страны предлагает регионам четко разграничить полномочия между регионами и муниципалитетами и их материальное обеспечение.
Федеральный закон направлен на то, чтобы уменьшить противоречия между мэрами крупных городов, стремящихся играть самостоятельную политическую роль, и региональными властями. Для этого в крупных городах с районными делениями, таких как Махачкала, предлагается создать двухуровневую систему местного самоуправления: преобразовать их в такие городские округа, где каждый городской район приобретает статус муниципального образования».
Новым законом предлагается несколько вариантов проведения выборов высшего должностного лица муниципального образования: от прямого голосования до передачи этого права представительному органу (городскому собранию депутатов. — «НД»). Один из вариантов предполагает и отмену выборов в общегородской парламент — избираться будут районные депутаты, которые делегируют из своего числа представителей «наверх» — в городской совет депутатов. По словам Абдуллаева, в настоящее время прямые выборы глав практикуются в ограниченном количестве районов.
В законе предполагается разграничение полномочий муниципальных городских районов (в задачи которых будет входить в основном работа по санитарной очистке территории, озеленению, поддержке порядка на дворовых территориях, предоставлению услуг населению) и самого городского округа (который займется исполнением фундаментальных функций — решением вопросов архитектуры и градостроительства, транспортного обеспечения, разработкой генплана развития города, размещением объектов массового посещения).
«Я вижу много противоречий в рассуждениях некоторых губернаторов, — продолжает Газимагомед Абдуллаев. — С одной стороны, они хотят всем управлять, а с другой — говорят, что муниципалитеты безынициативные, они ничего не решают. Как выйти из этого противоречия? Надо усилить ответственность и самостоятельность на основе законности. Наши же законодатели, федеральные и региональные, и высшие должностные лица забывают, что если всю служебную деятельность организовать по принципам законности, то всякие их опасения по поводу возможных злоупотреблений должны исчезнуть. Но нам надо пройти огромную дистанцию развития, чтобы сознательность, правовая культура повысились, а алчность армады наших служащих стала умеренной и они перешли на правовые рельсы».
Максимальный срок, отведенный президентом России на принятие регионального закона, — шесть месяцев, еще три месяца — на закрепление этих решений в уставах муниципальных образований. «Однако, — подчеркивает депутат, — возможно и принятие закона Народным Собранием в более сжатые сроки».
Инициатива главы республики
А между тем на минувшей неделе комитет Народного Собрания Дагестана по местному самоуправлению приступил к рассмотрению возможности объединения городов республики и окружающих их районов в единые муниципальные округа, предложенной Рамазаном Абдулатиповым в январском послании Народному Собранию. Глава республики, напомним, тогда сказал: «Многие города республики не имеют благоприятного пространства для развития. Районы вокруг городов раздают земли под жилищное строительство, при этом не несут никакой нагрузки по их обустройству. И тут накопилось много проблем, которые надо решать. Может быть, придется объединить города и окружающие их районы в единые муниципальные округа?».
«В ходе публичных слушаний в комитете НС РД участники сошлись во мнении, что пока рано говорить об однозначно положительной оценке подобного объединения. Предлагалось внедрить пилотный проект в отдельно взятом городском округе, изучить опыт других субъектов РФ и провести широкое общественное обсуждение этого вопроса», — сообщает пресс-служба НС РД.

Рейтинг:   / 0 

Создано 26.05.14
Автор: Шамиль Ибрагимов, Мурад Мурадов
Просмотров: 408
Нашумевший закон «О запрете ваххабитской деятельности» могут отменить

Республиканский закон 1999 года «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории РД», споры вокруг которого не прекращаются уже 15 лет, в скором будущем может быть отменен. С подобной законодательной инициативой в Народное Собрание РД обратилась прокуратура Дагестана.

Не по Конституции
Так называемый «антиваххабитский» закон писался республиканскими депутатами в сентябре 1999 года на фоне вторжения международных террористов в Дагестан. В 2000 году Народное Собрание республики предложило Госдуме России принять аналогичный закон на федеральном уровне. Но профильный комитет парламента, проведя консультации с экспертами, посчитал, что невозможно запретить религиозное течение, имеющее свою историю. Кроме того, эксперты не выявили особых признаков ваххабитской экстремистской деятельности, которые позволили бы отличать ее от иных форм экстремизма.
Многие выступали за отмену этого правового акта, так как он противоречит Конституции России в части соблюдения прав и свобод гражданина, свободы вероисповедания. Подобные заявления звучали с высоких трибун, об этом говорили видные общественные и политические деятели республики, но парламентарии, видимо, из-за напряженной обстановки и непрекращающихся террористических актов не спешили с рассмотрением вопроса.
В апреле нынешнего года прокуратура РД предприняла очередную попытку привести нормативные правовые акты республики в соответствие с федеральным законодательством и внесла на рассмотрение НС РД проект закона «О профилактике экстремистской деятельности в Республике Дагестан». Его текст на прошлой неделе был опубликован на сайте НС РД.
Что предлагается
«Обеспечение законности правопорядка и общественной безопасности отнесено к совместному ведению Федерации и ее субъектов, — говорится в пояснительной записке. — В Дагестане отсутствует комплексный нормативный правовой акт, в котором были бы закреплены основания, задачи и направления деятельности по профилактике экстремистской деятельности органов власти различных уровней. В этой связи представляется целесообразным принятие нормативного правового акта, регламентирующего вышеуказанный круг вопросов».
В то же время в записке сказано, что существующий правовой акт «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан» следует отменить (11-й пункт проекта закона признает его утратившим силу).
Решит ли все проблемы?
Председатель Независимого профсоюза предпринимателей и водителей Дагестана Исалмагомед Набиев в свое время обращался с официальным письмом к тогдашнему президенту республики Магомедсаламу Магомедову, в котором назвал закон 1999 года ошибкой. «Он был антиконституционным, — сказал «НД» Набиев. — Тогда власть не смогла понять, что еще никому не удавалось победить идеологию насильственными методами, ее можно победить только другой идеологией. Сейчас они хотят отменить его, чтобы просто сохранить какое-то лицо перед общественностью. Подобные законы принимают, когда федеральная и местная власти не способны разобраться с существующими проблемами. Мы как никогда ощущаем внутрирелигиозное противостояние. Иногда мне кажется, что закон 99-го года был принят с целью натравить одних людей на других. Не знаю намерения тех, кто хочет отменить его, но ситуация зашла слишком далеко, и нужно будет приложить немало усилий, чтобы изменить ее. Возможно, сейчас, с отменой этого закона, удастся снизить градус напряжения и продолжить попытки примирить стороны внутрирелигиозного конфликта, предпринимавшиеся Духовным управлением мусульман Дагестана и представителями «Ахлю-с-Сунна», но приостановленные после убийства шейха Саида Афанди. Что касается нового законопроекта, предложенного Народному Собранию, то я считаю, что в нем приоритетом должна быть статья 29 Конституции РФ, гарантирующая свободу мысли и слова. Пора перестать ассоциировать экстремизм с религией и делить друг друга на правых и неправых, попирая права человека. Ты можешь верить как хочешь и во что хочешь, но если человек перешел черту правового поля, то он становится преступником. Единственным мерилом здесь должен быть закон, а не вероубеждение».
Член Всемирного Совета мусульманских ученых Абас Кебедов считает, что, прежде чем издавать закон, нужно было дать четкое определение понятию «ваххабизм». «Если говорить о его эффективности, закон имел реальную силу только в том плане, что после его принятия стало проще повесить на человека ярлык «террорист», — говорит Кебедов. — Это развязало руки некоторым силам, которые в своих интересах вешали эти ярлыки на неугодных им людей, вынуждая их преступать закон. С его принятием началось что-то вроде «охоты на ведьм». Ведь многие помнят, как силовиками создавались черные списки, куда по умолчанию заносили тех, кто ходил «не в те» мечети и придерживался «не того» ислама.
Бороться с экстремистами, как и с другими преступниками, можно в рамках законов, которых и тогда было достаточно, и теперь. Более того, именно этот закон в какой-то степени способствовал тому, что сегодня республика втянута в хаос. Поэтому никаких положительных сторон у него я не вижу. У меня нет веры в то, что замена этого закона другим, пусть даже там не будет слова «ваххабизм», изменит ситуацию в республике, потому что все зашло слишком далеко. Для этого мало отменить закон, нужно еще и обозначить эффективный путь вывода республики из кризиса, который у нас практически во всех сферах. Я считаю, что принятие закона в 99-м было в интересах отдельных лиц, и инициатива по его отмене вряд ли является искренней. Думаю, это очередная попытка все тех же людей извлечь из этого какую-то личную выгоду, а не попытка комплексного решения проблем, накопившихся в республике».
Как отметил источник в спецслужбах, отмена закона 1999 года, скорее всего, сыграет положительную роль. Закон практически не действовал, но в то же время деструктивные силы использовали его в качестве показательного примера того, что в республике нарушаются права мусульман.
Адвокат Расул Кадиев считает, что, по сути, предложенный законопроект является всего лишь подменой одного законодательного акта другим: «В этом случае достаточно было просто принять акт, отменяющий закон «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан». Но если мы хотим создать реально действующий закон о профилактике экстремистской деятельности, то им надо заниматься серьезно, и он не должен быть юридической пустышкой. Его необходимо наполнить нормами с четко расписанными методами и принципами профилактики. Например, до сих пор не закреплена на законодательном уровне комиссия по адаптации к мирной жизни и комиссия по примирению и согласию. В проекте закона есть ссылка на них, но опять-таки они не закрепляются правовыми нормами. Адаптация — один из методов, который наша республика придумала сама, и она, так сказать, стала нашим брендом. Надо этим пользоваться. Мы еще не научились разграничивать индивидуальную профилактику от коллективной: при любом происшествии правоохранительные органы начинают дергать в первую очередь отсидевших по экстремистским статьям, вместо того чтобы помочь этим людям социализироваться.
В любом случае законопроект должен пройти экспертное слушание, специалистов у нас хватает, у них есть идеи, которыми они готовы поделиться».
Узнать мнение представителей Духовного управления мусульман Дагестана корреспонденту «НД» не удалось.
Когда на рассмотрение?
Говорить уверенно, что закон от 1999 года будет отменен, пока рано, подчеркивают в аппарате НС РД: «Как правило, поступающие к нам законопроекты до их окончательного принятия претерпевают ряд изменений. Что касается конкретно прокурорской инициативы, то пока еще не известно, когда она будет внесена на рассмотрение депутатов — в повестку ближайшей сессии она не включена. Для этого проект должен пройти обсуждение в профильном комитете Собрания, нулевое чтение, а затем и публичные слушания. Пока же он прошел, так сказать, только черновые обсуждения».

Рейтинг:   / 1 

Создано 26.05.14
Автор: Мурад Мурадов
Просмотров: 356
Руководитель администрации президента России Сергей Иванов представил в Пятигорске главам субъектов Северо-Кавказского федерального округа нового полномочного представителя Сергея Меликова и министра по делам СКФО Льва Кузнецова.
Напомним, что указом от 12 мая президент страны Владимир Путин назначил Сергея Меликова (на фото) и Льва Кузнецова на новые должности. Во вторник, 20 мая, состоялось их официальное представление главам северокавказских субъектов, которое провел руководитель администрации президента РФ Сергей Иванов.
Как сообщает аппарат полпреда, Сергей Иванов отметил, что кадровые изменения связаны с необходимостью унифицировать систему управления особыми регионами страны, среди которых и Северный Кавказ. Представляя новых полпреда и министра, глава АП разъяснил их полномочия: «Вопросами общественно-политического характера, равно как и мониторингом социально-экономической ситуации и контролем над исполнением указов президента РФ, в округе будет заниматься полпред, а Министерство по делам СКФО займется вопросами дальнейшего социально-экономического развития».
Иванов также объяснил, почему президент остановился на кандидатуре Сергея Меликова: тот «не понаслышке знает о ситуации на Северном Кавказе, прошел серьезную военную школу и обладает огромным опытом и знанием методов борьбы с терроризмом и экстремизмом. Все это может помочь ему быстро войти в курс дела и заняться решением приоритетных задач, стоящих перед руководством округа». Между тем, цитирует газета «Коммерсантъ» главу АП, не надо рассматривать назначение «человека в погонах» на пост полпреда как что-то «экстраординарное».
Главный круг вопросов, отнесенных к компетенции Министерства по делам Северного Кавказа, — решение социально-экономических проблем округа, в том числе в сфере образования. Сергей Иванов напомнил о предстоящем едином госэкзамене и предупредил: «Чтобы репутация округа и каждого субъекта была на уровне!».
Александр Хлопонин назвал годы, проведенные им на Северном Кавказе, важным периодом в жизни. Но уход с полпредства не означает его полный уход с Кавказа — он будет курировать Министерство по делам СКФО и продолжит контролировать реализацию госпрограммы на период до 2025 года, сосредоточившись на экономических проблемах. Помимо этого в его компетенции будут вопросы природопользования, межнациональных отношений и регулирования алкогольного рынка.
«Самой логикой исторического развития Северного Кавказа нам всем предписано действовать сообща, координировать свои шаги, оказывать помощь друг другу в непростых ситуациях. Поэтому для меня важно, чтобы с самого начала между нами были установлены доверительные рабочие отношения, основанные на взаимопонимании. Только одной большой командой мы сможем выполнить свою миссию», — обратился к собравшимся полпред Меликов.
«Вы знаете, я сам ел губернаторский хлеб, поэтому хорошо вас понимаю», — сказал министр Лев Кузнецов, и его слова процитировала газета «Коммерсантъ». По его мнению, «министерство должно быть помощником и основным лоббистом, обосновывая и доказывая стоящие перед округом приоритеты, находя механизмы для улучшения качества жизни людей».
После завершения мероприятия Сергей Иванов, отвечая на вопросы журналистов, заметил: «Задачи полпреда — решение политических вопросов, вопросов выборов, межнациональных отношений, координация деятельности силовых структур, взаимодействие с религиозными и общественными организациями, противодействие коррупции. Для Северного Кавказа это очень актуально. Между тем стабилизация ситуации невозможна без социально-экономического улучшения жизни людей. Это другая сторона вопроса, которой займется министерство. Но я уверен, что все будут работать в тесной координации, потому что одно неотделимо от другого».
Корреспондент «НД» попытался получить комментарий у самого Сергея Меликова, однако в аппарате ведомства попросили подождать некоторое время — полпред только приступил к работе и необходимо некоторое время для изучения всех проблемных вопросов.

Рейтинг:   / 1 

Создано 18.05.14
Автор: Закир Магомедов
Просмотров: 1034
Эксперты рассказали «НД», чего ожидать от новых назначений Владимира Путина
В начале недели президент России Владимир Путин заявил о создании Министерства по делам Северного Кавказа и освобождении Александра Хлопонина от должности полпреда в СКФО. Руководителем новоиспеченного министерства стал Лев Кузнецов, возглавлявший до этого Красноярский край, а полпредом — теперь уже бывший командующий объединенной группировкой внутренних войск МВД России в северокавказском регионе Сергей Меликов. Корреспондент «НД» выяснял у экспертов, чем может обернуться новая кремлевская политика управления российским Кавказом.
Бизнесмен и военный
Хлопонин, как заявил глава правительства России Дмитрий Медведев, продолжит работать вице-премьером и будет курировать новое министерство. Кстати, Кузнецов в 2010 году сменил Хлопонина на посту губернатора Красноярья, когда тот получил назначение на Кавказ. За плечами министра большой бизнес-опыт, работа в крупных банках на ключевых постах, на промышленных предприятиях, на госслужбе, в муниципальном и региональном управлении (зам губернатора Таймырского автономного округа, председатель комитета по управлению госимуществом администрации округа, и. о. главы Норильска, вице-губернатор Красноярского края, а потом и руководитель края).
Новый полпред Сергей Меликов работал на Северном Кавказе с 1994 года в военной сфере. В Распоряжении командующего войсками северокавказского округа Внутренних войск он занимал различные должности: служил в разведотделе округа, находился на командных должностях в одной из частей в Новочеркасске, дослужился до командира отдельной дивизии оперативного назначения, командовал объединенной группировкой войск МВД, 
занимавшейся проведением контртеррористических операций.
Надо отметить, что Северный Кавказ не единственный регион, которому уделяют такое внимание. Своих полпредов, министерства и курирующих вице-премьеров имеют также Дальний Восток и Крым. На встречах с Меликовым и Кузнецовым Путин сказал, что второй будет отвечать за социально-экономическое развитие и исполнение бюджета, а остальные функции, в частности ответственность за безопасность, возлагаются на первого.
Разделили полномочия
Уход Хлопонина был достаточно прогнозируемым, вопрос заключался в том, до Олимпиады это произойдет или после, считает старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Вадим Муханов. По его мнению, было понятно, что Хлопонин довольно отстранен от региона и многие его идеи и начинания не реализуются, и он не нашел плотного, хорошего контакта с местными элитами.
«Смена вектора политики на Кавказе чувствуется, потому что на место человека с репутацией крупного бизнесмена, менеджера назначается человек, которого действительно, судя по его опыту, можно назвать силовиком, — сказал «НД» Муханов. — Ключевой вопрос, который будет входить в сферу ответственности Меликова, — безопасность. Это очевидно и в силу того, что он был командующим объединенной группировкой на Северном Кавказе».
Создание министерства говорит о том, что весь комплекс вопросов, которые существуют на Северном Кавказе, поделили на две зоны ответственности, заметил эксперт. «Главная идея этих назначений в том, что, в силу того что один человек не может справляться со всем блоком вопросов, было решено разделить этот блок на два логичных направления».
Безопасность и экономика
Руководитель российского представительства Международной антикризисной группы Екатерина Сокирянская, комментируя «НД» кадровые изменения, сказала, что назначение министром протеже Хлопонина свидетельствует о желании Кремля сохранить преемственность в управлении социально-экономическими проектами на Северном Кавказе.
«Думаю, основной задачей министерства будет не координация, а управление и контроль, — отметила эксперт. — Кремль по-прежнему пытается найти формулу эффективного управления Северным Кавказом, не реформируя существующую политическую систему, то есть не допуская к процессу контроля власти само население. Несмотря на некоторые антикоррупционные усилия последних двух лет, деньги, поступающие в регион, расходуются неэффективно. Институциональные преграды создают большие сложности в привлечении инвестиций и экономическом развитии».
По мнению Сокирянской, проблема не только в коррупции, откатах и лукавой отчетности, но и в том, что часть средств уходит на рынок насилия, напрямую питая продолжающийся вооруженный конфликт.
«Вооруженное подполье добывает свои средства путем вымогательств у чиновников и бизнесменов, которые, в свою очередь, платят за свою безопасность им или охранным и силовым структурам, — заявила собеседница. —
Клановость и отчуждение власти и жителей региона только растут. В таких условиях новые финансовые вливания способствуют дальнейшей деградации Северного Кавказа, а не его развитию. Нужно всерьез реформировать систему управления, сделав власть снова подотчетной жителям региона».
В обозримом будущем справиться с клановостью и коррупцией возможно, только вернув институт выборов на всех уровнях, считает Сокирянская, но добавляет, что на это Кремль вряд ли пойдет: «Иначе рухнет вся выстроенная система управления государства. Поэтому в администрации президента ищут новые формы ручного управления особо сложными регионами. Не уверена, что они будут много эффективнее предыдущих».
Что касается полпредства, то теперь его функции, как полагает Сокирянская, будут все больше сводиться к вопросам обеспечения безопасности, политического контроля и предотвращения различных угроз, усиления которых Кремль ожидает на Кавказе в связи с изменившейся геополитической ситуацией после присоединения Крыма.
«Крен в сторону укрепления силовой составляющей управления Северным Кавказом заметен с конца 2012 года, и я считаю последние кадровые изменения продолжением и развитием этого курса», — заметила эксперт.
Насколько легко будет новым назначенцам сработаться с кавказскими чиновниками? Отвечая на этот вопрос, Сокирянская сказала, что не видит особых политических сложностей для выполнения поставленных перед новыми руководителями региона задач. По ее мнению, вертикаль власти на Кавказе выстроена давно и жестко, а самостоятельных сил и лидеров, которые будут готовы бросить вызов федеральным чиновникам такого уровня, нет. «Я пока склонна видеть в новых назначениях продолжение старой логики решения северокавказских конфликтов, в которых преобладают два элемента — силовой фактор и заливание проблем деньгами, — заявила эксперт. — На мой взгляд, эффективное решение лежит в институциональном реформировании экономики и управления, возвращении к диалогу, продуманной религиозной и национальной политике и кропотливом распутывании многочисленных клубков северокавказских конфликтов».
Плюсы и минусы
Разделение функций на Кавказе между полпредством и министерством может оказаться как негативным, так и позитивным, считает старший научный сотрудник Института экономической политики им. Егора Гайдара Константин Казенин.
«Хорошо, что есть два ведомства, которые занимаются кавказскими проблемами, это дает возможность для маневра в решении различного рода вопросов, — пояснил «НД» эксперт. — В конкретных ситуациях в конкретных регионах роль одной из структур может повышаться. А негатив может проявиться, если каждое из ведомств начнет перетягивать друг у друга полномочия, бороться за лидерство. И этой аппаратной конкуренцией полпредство и министерство могут увлечься до полной потери работоспособности».
Вместе с тем, предупреждает Казенин, и полпреду, и министру важно помнить, что ни экономическими подходами, ни подходами, основанными на работе правоохранительных органов, ни даже компиляцией двух подходов на самом деле проблемы Кавказа не решить. «Есть одна важная составляющая — политическая, — считает эксперт. — Под политической составляющей я имею в виду даже не участие в подборе кадров на позиции руководителей республик.
Есть огромное количество спорных ситуаций на муниципальном уровне. Например, земельные и религиозные конфликты. И для их урегулирования нужен политический подход. Здесь не избежать организации широких диалоговых процессов».
Суровое назначение
Общественный деятель, журналист Максим Шевченко, говоря о замене Хлопонина Меликовым, заявил «НД», что это ожидавшаяся смена.
«Назначение человека из МВД, человека, который спец по борьбе с терроризмом, — это такое суровое и симптоматичное назначение, — сказал Шевченко. — Это назначение предполагает, что на Кавказе в ближайшие годы понадобится человек с большим опытом контртеррористической и военной деятельности. Думаю, что это отчасти связано с общим обострением мировой ситуации, а кавказский регион в целом — это регион нестабильности. И назначение человека, имеющего большой опыт в координации на стратегическом уровне, — важный момент».
По мнению эксперта, Меликов мог быть назначен и в связи со скорой переброской войск НАТО из Афганистана через Азербайджан и Грузию. Это не может не привести к дестабилизации региона, уверен журналист.
«Кроме того, сотни выходцев из Северного Кавказа, которые воевали в Сирии на стороне оппозиции, будут возвращаться, что создает угрозу усиления террористической активности в регионе, — заявил Шевченко. — Плюс к этому уверен, что украинская ситуация отзовется на Кавказе, что глобальное противостояние, которое все более очевидно, вынудит западных оппонентов перенести акценты напряженности в кавказский регион, который очень легко дестабилизируется из-за наличия в нем многочисленных этнических, территориальных, религиозных конфликтных линий. Новый полпред — человек известный на Северном Кавказе, он долго работал там. Он знает, условно говоря, каждого в лицо. Ему, думаю, будет легко работаться в регионе».
Что касается министерства, то это, как сказал эксперт, то, чего не хватало. «Стратегическое развитие такого сложного региона, как Северный Кавказ, должно идти по специальной линии, — уверен Шевченко. — От министра требуется не столько знание региона, хотя это тоже важно, сколько ответственность и дисциплина в финансовых вопросах, в вопросах планирования и исполнения бюджета».
«А вы, друзья, как ни садитесь…»
Руководитель Центра социально-экономических исследований регионов Ramcom Денис Соколов заявил изданию «Эксперт», что кадровые перестановки свидетельствуют о том, что руководство страны предпринимает превентивные меры и укрепляет силовую вертикаль для недопущения возможных эксцессов.
«Сейчас ожидаются довольно серьезные вызовы и для экономической, и для политической систем, — сказал Соколов. — Ситуация сложная. Она связана с экономическими санкциями. Если ослабление рубля будет радикальным, возникнет необходимость замещения большого количества импортных товаров на отечественные. Это вызовет серьезные структурные изменения в политической элите. Особенно на Северном Кавказе. И эти процессы гораздо больше повлияют на ситуацию, чем любые аппаратные решения».
По мнению Соколова, есть надежда, что назначенцы постараются что-то сделать хотя бы для собственной карьеры: «Но рецепта для решения проблемы сейчас нет. Есть разные версии. Кто-то за экономику, кто-то за силовое решение ситуации. Кадровые изменения, которые были в прошлом году и которые очень приветствовались людьми в том же самом Дагестане, не привели к особому развитию экономики».
Сергей Алимович Меликов
Для Дагестана Сергей Меликов не является чужим — его отец Алим Нур-Магомедович родился в Махачкале, а дедушка был родом из селения Касумкент Сулейман-Стальского района. Сергей Меликов родился 12 сентября 1965 года в городе Орехово-Зуево Московской области. В 1994 году окончил Военную академию имени М.В. Фрунзе и убыл в распоряжение командующего войсками Северо-Кавказского округа Внутренних войск МВД России, где был назначен на должность старшего помощника начальника штаба одной из частей оперативного назначения. В декабре 1994 года полк воевал в Чечне. В марте 2001 года Меликов был назначен на должность заместителя командира Отдельной дивизии оперативного назначения (ОДОН) ВВ МВД России, с июня 2002 года по апрель 2008 года был командиром этой дивизии. 
В 2011 году окончил Военную академию Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации, в том же году был назначен командующим объединенной группировкой войск по проведению контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона РФ.
12 мая 2014 года Владимир Путин своим Указом назначил Сергея Меликова полномочным представителем Президента Российской Федерации в Северо-Кавказском федеральном округе.
Сергей Меликов рос в семье военнослужащих — военная династия представлена четырьмя поколениями офицеров. Военную стезю выбрал и его пасынок Дмитрий Серков. Он принимал участие в контртеррористических операциях на территории Северо-Кавказского региона и в августе 2007 года погиб в Дагестане в ходе выполнения боевой задачи. Серков посмертно награжден званием Героя РФ.
Лев Владимирович Кузнецов
Лев Кузнецов является членом команды Александра Хлопонина. С 1996 года они вместе работали в РАО «Норильский никель». В 2001 году Кузнецов вслед за Хлопониным перешел на государственную службу и был назначен первым заместителем губернатора Таймырского автономного округа Александра Хлопонина. После перехода Хлопонина на должность губернатора Красноярского края Кузнецов стал его первым заместителем. 
В феврале 2010 года, когда Александр Хлопонин стал вице-премьером и полпредом президента в Северо-Кавказском федеральном округе, депутаты Законодательного собрания Красноярского края единогласно утвердили кандидатуру Льва Кузнецова на пост губернатора. 12 мая 2014 года был назначен главой созданного в тот же день Министерства по развитию Северного Кавказа.
На фото: Назначение силовика Меликова полпредом можно назвать симптоматичным

Рейтинг:   / 1 

Создано 11.05.14
Автор: Закир Магомедов
Просмотров: 1621
Ирина Стародубровская — «Новому делу»

Что собой представляет вооруженное бандподполье в Дагестане, почему опыт борьбы с терроризмом в Северной Ирландии может быть полезен нашей республике, в чем главная проблема дагестанского общества — об этом и многом другом корреспондент «НД» побеседовал с кандидатом экономических наук Ириной Стародубровской — руководителем лаборатории проблем муниципального развития Института экономики переходного периода, руководителем научного направления «Политическая экономия и региональное развитие» Института Егора Гайдара. Эксперт не раз бывала в Дагестане, изучала проблемы борьбы с терроризмом на Северном Кавказе, проблемы регионального развития кавказских республик и т.д.

Не все радикалы — террористы
— Вы много раз бывали в Дагестане. Как оцените сегодняшнюю ситуацию в республике?
— Если говорить о ситуации в динамике, то я вижу и позитивные, и негативные моменты. Позитивные связаны с тем, что, например, Махачкала все больше становится городом. Для меня несколько лет назад было реальной проблемой здесь перейти дорогу. А сейчас тут вполне московская ситуация, когда по сторонам, конечно, смотреть нужно, но машины останавливаются.
Представляется, что негативные процессы, которые я могу наблюдать, связаны в первую очередь с прекращением того процесса урегулирования, который был характерен для прошлых лет, когда разные религиозные группы все больше договаривались между собой. Запрос на подобного рода процесс урегулирования был, и этот запрос есть до сих пор. Но пока нет форм, в которых он мог бы реализоваться, что приводит к достаточно негативным последствиям.
— К каким именно последствиям?
— Достаточно долго люди жили в ситуации жесткого противостояния, к которому они, с одной стороны, привыкли, но с другой — очень устали. Там, где реально удалось договориться, ситуация, в общем, разрядилась. И люди, возможно, там не стали близкими друзьями, по-прежнему воспринимают друг друга как антагонистов, но накал противостояния, безусловно, снизился. А вот там, где этот процесс не произошел, люди чувствуют усталость от противостояния, непонимание, почему в рамках вроде бы единого сообщества возникают полярные группировки. И усталость где-то трансформируется в апатию, а где-то в усиление агрессии, а это опасно.
— Вы, наверное, и сами замечали, что и власть, и многие эксперты по Дагестану, по Кавказу в этом процессе диалога видят только две стороны — суфиев и салафитов.
— Я думаю, что это не только внутриисламский вопрос. В конце концов, есть достаточно серьезная группа, видящая будущее Дагестана в рамках светского пути развития. И эта группа тоже должна быть включена в процесс диалога. Сейчас многим людям сторонники нетрадиционного ислама представляются единой радикальной группой, потенциальными террористами. Процесс диалога позволяет разделить эту группу на тех, кто имеет другие взгляды, но действует в рамках закона, и на тех, от кого исходит реальная угроза.
С моей точки зрения, все люди, которые действуют в рамках правового поля, вне зависимости от их взглядов на настоящее и будущее республики, являются легитимной частью процесса диалога.
Как мне представляется, политика государства должна состоять в том, чтобы для молодого или не очень человека максимально повысить выгоду действовать в рамках правового поля и повысить издержки для тех, кто выходит за рамки. Все равно, так или иначе, люди сопоставляют для себя выгоды и издержки.
А сейчас получается, что политика практически приравнивает людей с нетрадиционными для данного региона взглядами, действующих в рамках законов, к тем, кто за рамки вышел. Сама по себе принадлежность к определенному сообществу воспринимается как основание для каких-то репрессивных мер. Это очень опасная ситуация с точки зрения государственной политики.
Дагестанский ислам
— Вы, как человек, который изучает исламские процессы в республике, можете обобщить, что собой представляет, скажем так, дагестанский ислам?
— Я изучаю социальные процессы, которые ведут к исламизации. И это, в общем, совершенно другой аспект рассмотрения данного вопроса. На самом деле, у меня впечатление, что то, что рассматривается как религиозный конфликт, по сути, религиозным конфликтом не является. По сути, это выражение в первую очередь межпоколенческого конфликта, который возникает в условиях, когда рецепты старшего поколения не работают. В 90-е годы очень сильно изменились условия жизни людей. И тот опыт, который был накоплен предыдущими поколениями, во многом обесценился, потому что в новых условиях молодым людям не мог дать ориентиры. В результате у молодых людей возник запрос на собственную идеологию, которая позволяла бы им выразить свое особое, отдельное от старшего поколения видение мира.
— И 90-е годы с их разрухой и появлением новых идеологов…
— Вот я бы сейчас не говорила про идеологов. Когда начинают говорить, что открылись границы, информационное поле, появилось какое-то иностранное влияние, почему-то не уточняют, что это только момент появления предложения. Вот представьте себе, что у вас появляется много новых марок велосипедов, а вы ищете стиральную машину. На вас это как-то повлияет? Вряд ли. В ситуациях, когда появляется такое предложение, сама по себе фиксация факта — да, оно появилось — еще ничего не объясняет. Мы должны объяснить, откуда появился спрос именно на подобного рода теории. И мне представляется, что был запрос. Был момент слома, когда у молодых людей возник запрос на какое-то свое собственное осмысление мира. Этот запрос возник в условиях правового хаоса, и молодые люди не видели примеров, чтобы люди вокруг них нормально установили правила игры. Раз люди не могут установить правила, значит, их надо искать где-то еще. И они нашли эту систему, которая регулирует все стороны жизни, именно в исламе.
Кроме того, в условиях клановости, коррупции, перекрытости социальных лифтов у молодежи возник запрос на социальный протест, а ислам, собственно, давал возможность выразить его. У меня ощущение, что этот запрос абсолютно объективен, и с этой точки зрения пытаться подавить его силовыми методами или же навязывать только традиционный ислам — это путь в никуда. Потому что сам этот запрос как раз на что-то отличное от традиционного, чтобы это давало какую-то свободу осмысления мира, пусть и в религиозных терминах, но не в условиях жесткой вертикали и роли старшего, как это есть в разных вариантах того ислама, который называют традиционным.
— А этот запрос, условно говоря, на нетрадиционный ислам не приведет к радикализации молодежи? В принципе, он и привел, но если его пустить на самотек, не вытолкнет ли он молодых людей за рамки правового поля?
— Думаю, что его нельзя оставлять на самотек, но не надо и заливать пожар керосином, а теперешняя политика именно такова. Радикализация, с моей точки зрения, порождается именно запросом на социальный протест, и если бы не было радикальной исламской идеологии, способной удовлетворить этот запрос, то была бы найдена другая радикальная идеология.
На самом деле, только нашим недостаточным знанием истории можно объяснить то, что именно с фундаменталистским исламом связывают, так сказать, крайние формы насилия. Потому что известны истории левацких маоистских течений, когда, например, людей, не согласных с их взглядами, варили живьем. Известно, что наиболее активно использовали живые бомбы «Тигры освобождения Тамил Илама», сепаратистское движение в Шри-Ланке, которое не имеет никакого отношения к исламу. То есть я хочу сказать, что на самом деле радикализм не есть порождение именно ислама.
Что касается «оставить или не оставить на самотек». Очень важно, как я уже сказала, максимально повысить выгоду действий в рамках правового поля, то есть в рамках реализации свободы вероисповедания, в рамках реализации политических прав и свобод, и максимально ужесточить издержки выхода из правового поля. Так ситуацией, на мой взгляд, можно управлять наиболее продуктивно. Потому что если есть запрос, то просто попытка сделать вид, что его нет, попытка сделать вид, что это кто-то там принес заразу и сейчас мы наденем марлевые повязки и с заразой справимся, — приведет к худшим последствиям. Процесс изменения структуры социальных отношений долгий, тяжелый, болезненный. Самый оптимальный вариант реакции на запрос — максимально перевести его в правовое поле.
Опыт Северной Ирландии
— На днях в Избербаше в рамках проекта «Дагестанский гражданский университет» вы читали лекцию о том, как боролись с терроризмом в Северной Ирландии, и проводили параллели с Дагестаном.
— Ирландский опыт очень интересен, потому что считалось, что конфликт там нерешаем. Вот есть территория Северной Ирландии, где живут две общины, которые разделяет религия, — католики и протестанты, и каждая из сторон считает другую еретиками. Их разделяет представление о политическом устройстве, потому что одни поддерживают британскую конституционную монархию, другие — республиканцев. Их разделяет, наконец, представление о территориальной принадлежности Северной Ирландии: одни считают ее частью Великобритании, а другие — частью Ирландии, незаконно включенной в состав Великобритании. Кажется, что в этой ситуации конфликт разрешить невозможно, но он был разрешен. Более того, методы его разрешения очень хорошо изложены и проанализированы, есть научные работы, есть воспоминания участников конфликта, в том числе тех, кто относился к террористическим организациям. В общем, есть очень богатый набор источников анализа. И надо сказать, что, действительно, несколько интересных выводов из них можно сделать. Во-первых, практически все 30 лет острой фазы конфликта со стороны сначала властей Северной Ирландии, а затем властей Великобритании наращивалось силовое давление. Это приводило только к тому, что усиливалось сопротивление — спираль насилия все более и более раскручивалась. Ситуация дошла до того, что Великобритания не ставила задачу прекратить насилие, она ставила задачу свести насилие до приемлемого уровня. Причем никто никогда не знал, что это такое. Это первый вывод, и, как мне кажется, он очень важен в нашей ситуации.
Второй вывод состоит в том, что, как бы мы ни относились к тем или иным группам, если они реально представляют интересы значимых слоев в обществе и если они реально осуществляют социальный контроль, то они должны быть включены в процесс урегулирования. Очень долгое время власти Великобритании пытались урегулировать конфликт, объединяя вместе умеренных представителей одной и другой общины — умеренных протестантов и католиков. Из этого ничего не получалось, потому что реально контроль осуществляли радикалы, и насилие с той или другой стороны подрывало любые попытки нормализации ситуации. И только когда все группы, вне зависимости от того, как они выглядят со стороны, так сказать, цивилизованного человечества, были включены в диалог, процесс реально пошел.
На самом деле, относительно устойчивая система власти в Северной Ирландии сформировалась на основе союза радикальных католиков и радикальных протестантов. И только когда эффективный ход процесса урегулирования подвел их к тому, что нет никаких других альтернатив, кроме как сформировать правительство на паритетных основах, была воссоздана реальная система власти, которая позволяла осуществлять самоуправление и минимизировать насилие. Совсем прекратить насилие не удалось, но оно было минимизировано. Еще один очень важный момент — люди, которых обвиняли в прямой поддержке террористов, сейчас являются министрами правительства Северной Ирландии. Население не в восторге от такой ситуации, но когда все другие способы исчерпания конфликта были испробованы, ирландцы пошли на этот вариант, и этот вариант сработал.
— То есть, если я вас правильно понимаю, с той радикальной частью, которая есть в Дагестане, власти придется пойти на какой-то переговорный процесс и даже в законодательном органе уступить им несколько мест?
— Здесь напрямую проводить параллели нельзя, тут важно понять принцип. В Дагестане почти нет территорий, которые напрямую контролировались бы действительно крайними радикалами. Умеренное крыло сейчас имеет гораздо больше влияния и, кстати, это очень важный маркер, который показывает, что сейчас момент для договоренности благоприятный.
Из кого состоит подполье
— Что, на ваш взгляд, представляет собой дагестанское вооруженное подполье, кто в нем состоит, как туда люди попадают?
— В отличие от умеренных, скажем так, нетрадиционных мусульман, с радикалами в этом смысле сложно. В лес не пойдешь, интервью не проведешь и фокус-группу не организуешь. Поэтому все по этой теме я знаю из вторых рук. Исходя из этого, картина мне видится такой. Людей, которые уходят в лес по идеологическим принципам, сейчас не так много. Много тех, кто уходит мстить. То есть человек понимает, что по отношению к нему может быть осуществлено незаконное преследование, понимает, что его родственники, близкие, друзья подверглись незаконному давлению и последствия этого оказались достаточно тяжелыми, и он уходит мстить. И этот фактор очень важен для понимания того, за счет кого и чего пополняются эти бандформирования.
В подполье, судя по всему, есть просто наемники, и частично они обслуживают властные группировки. Есть люди, у которых просто имеется запрос на насилие, т.е. человек очень сильно не вписывается в реальность в переломные моменты, когда непонятны правила игры, и у него просто возникает запрос на насилие, и он ищет оправдания.
Грубо говоря, подполье — достаточно разнородная среда, которая сейчас более криминализированная и менее идеологическая.
— Не кажется ли вам, что в последнее время политика дагестанских властей заключается в том, чтобы вот эту радикально настроенную, но остающуюся в правовом поле часть общества загнать, скажем так, в отдельные, четко очерченные рамки?
— Мне кажется, что лицами, принимающими решения, это не осознается. Им видится простая картина — только черное и белое, они считают, что есть хороший традиционный ислам (что такое традиционный ислам, в общем, тоже вопрос очень непонятный) и есть какие-то люди, которые под влиянием зарубежной пропаганды стали радикалами и боевиками. И вот такой черно-белый вариант осознания, к сожалению, действительно ведет к углублению проблемы и ухудшению ситуации.
Есть люди, для которых ислам — просто образ жизни, это не связано ни с какой активной общественной деятельностью, они просто хотят жить определенным образом, включая внешний вид и так далее. Это не нарушает никаких законов России, и, соответственно, эти люди не должны испытывать никаких неудобств, связанных со своими религиозными взглядами.
Есть те, кто хочет заниматься политической борьбой и защитой интересов исламского сообщества, но если они делают это в рамках правового поля, то ни в коей мере не должно создаваться препятствий для подобной деятельности.
Есть люди, которые считают, что единственный способ достижения их целей — вооруженная борьба. Но и они тоже разные, потому что среди них есть и случайно попавшие в эту среду, и попавшие в условиях массового силового давления на исламское сообщество, но готовые прекратить вооруженное сопротивление. Есть среди них непримиримые, которые ничего, кроме вооруженной борьбы, не видят. Совершенно очевидно, что для всех этих трех групп в государстве должна быть разная политика.
Для первой группы — мне совершенно очевидно, что этих людей надо вытаскивать из «леса» и максимально снижать для этого барьеры.
Для третьей группы тоже все более или менее понятно: это люди, которые не готовы прекратить противоправную деятельность, и против них должны использоваться ровно те силовые средства, которые используются, когда люди осуществляют насилие вне правовых рамок.
Вторая группа — самая сложная. Очевидно, что здесь есть очень большой набор вариантов, начиная с того, что если эти люди складывают оружие, то они все равно несут ответственность за свои поступки, но могут отбывать наказание близко к дому, и заканчивая обсуждением идеи всеобщей амнистии. То есть здесь, на самом деле, опять же нужен общественный диалог о том, какие инструменты использовать.
Аномия и Дагестан
— Вы много ездите по дагестанским селам, говорите с обычными людьми. Что вам рассказывают люди, на что у них есть запрос?
— Вы знаете, может быть, это покажется странным, но у меня ощущение, что у них есть реальный запрос на то, чтобы их воспринимали как граждан. Не могу сказать, что идея проведения честных прямых выборов прямо-таки имеет всеобщее распространение в дагестанских селах, но, тем не менее, запрос на то, чтобы с их мнением считались, чтобы они реально принимали участие в управлении теми территориями, на которых живут, у людей есть. Это очень чувствуется.
— Если, исходя из ваших разговоров с разными людьми в Дагестане, попытаться обозначить главную проблему региона, то какую бы вы назвали?
— Дагестан, на мой взгляд, оказался сейчас на некоем перекрестке, потому что традиционное общество сломано. И что бы ни говорили — что сейчас будут восстанавливаться какие-то традиционные структуры, структуры управления, структуры семьи и так далее, — совершенно очевидно, что эти механизмы работают очень плохо, а часто и вовсе не работают. Вместе с тем современные механизмы регулирования жизни людей, современная система ценностей еще не сформировалась. У такой ситуации научное название — аномия, т.е. это ситуация, в которой старые механизмы разрушены, новые не сформировались и все это ведет к провалу между традиционным и современным обществом. И все это создает такое тяжелое, очень нестабильное ощущение от жизни. Ощущение непредсказуемости, ощущение невозможности ставить какие-то стратегические задачи. У кого-то это ведет к пассивности, у кого-то это, наоборот, ведет к агрессии.
— Много говорится о том, что Дагестан из кризиса на всех уровнях выведет экономика, а ее, по сути-то, и нет. Одни говорят про туризм, другие — про сельское хозяйство, третьи вообще видят главную роль в инвесторах, причем непонятно, как в нынешних условиях инвесторов привлекать.
— Есть два представления об экономике Северного Кавказа, которые очень сильно между собой различаются. Первое, что это архаичный, депрессивный регион, где экономика не развивается и где нет внутренних накоплений, для того чтобы производить инвестиции, поэтому нужно откуда-то извне вытаскивать инвесторов, и поскольку, действительно, регион с очень высокими рисками, по максимуму со стороны государства эти риски страховать. Это представление заложено в сегодняшнюю государственную политику.
Второе представление заключается в том, что Северный Кавказ — динамично развивающийся регион, но регион с чрезвычайно неблагоприятным инвестиционным климатом, где есть немалые внутренние ресурсы, но вкладываются они не в инвестиционные проекты, а в престижное потребление — недвижимость, свадьбы, драгоценности и так далее. И в этой ситуации основной инструмент — поддержка внутренних ресурсов развития, работа с местными сообществами, которые достаточно динамично развиваются, но на пути которых есть барьеры для развития.
— Барьер в виде отсутствия родственников в определенных ведомствах или денег, чтобы всех купить?
— Вот знаете, если вы выращиваете капусту, то вам не нужны родственники в ведомствах. Если вы выращиваете капусту, вам нужно, может быть, хранилище, в котором контролируется температура. Или вам нужна некоторая более стабильная система сбыта, чем та, которая есть у вас сегодня. Но государству делать это за производителей не нужно, но помогать им, поддерживать какие-то проекты представляется очень важным.
— Но мы-то видим, как «помогают». Про те же кредиты вы наверняка от простых людей слышали, что там нужно якобы хорошие откаты давать, чтобы их получить. И эти кредиты берут много людей в селах, но берут с мыслью: я сегодня возьму кредит, а что завтра будет, посмотрим, вдруг завтра государство развалится.
— Согласна, кредитная форма, на самом деле, здесь не очень работает. И больше по той причине, что, действительно, люди очень плохо планируют на длительную перспективу и плохо оценивают риски. Значит, должны быть другие формы поддержки.
Могу привести пример поддержки проектов на уровне отдельных сельских общин, которые реализовывал в Ставропольском крае Всемирный банк. Мы много разговаривали с московским офисом банка о том, чтобы распространить этот проект на Северный Кавказ в целом, и агитировали в пользу этого, но, к сожалению, не получилось. Проекты Всемирного банка в Ставрополье работали реально, это проекты, которые осуществлялись не с одним отдельным человеком и не в его интересах, а которые реализовывались с общиной. Со стороны Всемирного банка шло некоторое материальное обеспечение проекта, а весь трудовой ресурс обеспечивался общиной. Это был социальный проект, и речь шла о социальной инфраструктуре. Можно думать о том, как распространить этот опыт на поддержку экономической деятельности. Здесь просто нужно искать механизмы. А то, что механизмы, которые есть сейчас, непригодны, — понятно.
Мне представляется, что вкладывать деньги в подобные проекты гораздо более эффективно, чем вкладывать их в какие-то мега-проекты, которые иногда вместо того, чтобы создавать дополнительные рабочие места, вступают в конкуренцию с теми традиционными видами деятельности, которые сложились на территории, и вызывают дополнительные конфликты.
— Это вы о туризме?
— Это и о туризме. И, собственно, о сельском хозяйстве. Ногайский район и строительство сахарного завода вспомните. Там же произошла мобилизация населения, которой там никогда не было.
— И все высказались против завода.
— Да, высказались и, на самом деле, эта ситуация сделала район неспокойным. Ситуация в районе и так сложная — там много земель отгонного животноводства и достаточно ограниченные возможности для ногайского населения, чтобы вести сельскохозяйственную деятельность. Но именно история с заводом привела к тому, что из потенциального конфликт стал реальным. В итоге мы не получили там сахарного завода, но мы получили там протестную мобилизацию населения. И такой путь вложения в экономику мне представляется опасным. Поддерживать местные инициативы более правильно.
Еще один важный момент для развития экономики — переговоры с сообществами производителей в рамках теневой экономики об условиях их легализации. Потому что опять же представление, что все производители мечтают быть в рамках теневой экономики, потому что это освобождает от налогов, — оно абсолютно неправильное. Теневая экономика создает для производителей огромные проблемы, и необходимо, чтобы процессы ее легализации брались под контроль с очень высокого верха, чтобы реально те условия, которые обговаривались с сообществами, дальше выполнялись. Думаю, что если бы власти в экономике занялись бы именно этим, то было бы очень полезно.
Я знаю, что попытки вывода бизнеса из тени были, и результаты определенные были, но всякие контрольные ведомства начинали давить на легализованных производителей в несколько раз сильнее и загоняли их обратно в тень. Знаю много примеров подобного рода в Дагестане.
— Если говорить про развитие туризма в Дагестане, то вы найдете множество людей, которые выступают против этого. Тут почти такая же ситуация, как и с ногайцами. Они же говорили: работать на этот завод приедут из других районов, а мы, ногайцы, «растворимся», нас мало. Точно с таким же креном рассуждают и противники туризма: мол, понаедут к нам, местная культура, традиции и обычаи начнут размываться и пр.
— На Северном Кавказе есть два общепризнанных центра туризма — это Домбай и Приэльбрусье. Архыз, который вроде бы строился уже в рамках стратегии развития Северного Кавказа, на самом деле начал строиться гораздо раньше этой стратегии. Во-первых, и в Домбае, и в Приэльбрусье есть возможности совершенствования инфраструктуры и повышения емкости курортов, то есть их возможности далеко не исчерпаны. И, естественно, доводить до ума существующие курорты гораздо дешевле и проще, чем строить все с чистого листа. Во-вторых, никто еще не объяснил, откуда возьмутся туристы на все эти бесконечные объекты.
Для меня проект развития туризма непонятен. Я пыталась людям, работающим в этой системе, задавать вопрос: «А почему вы так уверены, что эти курорты будут заполнены?». Ответ был такой: «Ирина Викторовна, мы в это искренне верим». Ну, больше я вопросов не задавала…
— А в связи с тем, что Крым в составе России и там, скорее всего, показательно будут развивать туристическую отрасль, не кажется ли вам, что проект «Курорты Северного Кавказа» сам по себе исчезнет?
— Я искренне надеюсь, что под влиянием этого фактора проект перестанет быть некоей сюрреалистической, фантастической картинкой и, может быть, приобретет более реалистичные, реальные масштабы.
Пока есть несколько мелких локальных курортов типа того, что построено в Ингушетии, есть Архыз, который только начинает работать, и, в общем, перспектива пока еще непонятна. Искренне надеюсь, что новых капиталовложений не будет, пока не станет ясно, насколько пользуется спросом то, что уже сделано.
На фото: Политика практически приравнивает людей с нетрадиционными для данного региона взглядами, действующих в рамках законов, к тем, кто за рамки вышел

Рейтинг:   / 2 

Создано 04.05.14
Автор: Закир Магомедов
Просмотров: 795
Эффективность реализации федеральных целевых программ (ФЦП), меры экономической безопасности, работа органов финансового контроля — эти и другие вопросы обсуждались в конце прошлой недели на заседании с участием руководства республики.
«За 2013 год службой государственного финансового контроля проведено 348 контрольных мероприятий, выявлено нарушений на сумму 21,5 млрд рублей. По результатам выявленных финансовых нарушений в правоохранительные органы республики передано 218 материалов, однако по результатам переданных материалов возбуждено всего 26 уголовных дел. Без ответа фактически остались 182 материала», — заявил в начале заседания, прошедшего 25 апреля, глава Дагестана Рамазан Абдулатипов.
Касательно ФЦП Абдулатипов заметил, что в минувшем году таких программ в целом по стране было 50, но в республике реализовывались 18, что, по его мнению, очень мало. В текущем году планируется участие в 24 программах, сказал руководитель Дагестана.
Раюдин Юсуфов, министр экономики и территориального развития, позже пояснил, почему регион принял участие только в 18 ФЦП — не хватило средств в республиканском бюджете для софинансирования.
Председатель республиканской Счетной палаты Билал Джахбаров выступил с докладом о работе ведомства с ноября прошлого года (именно тогда он и возглавил Палату) по апрель нынешнего. За данный промежуток времени, по словам Джахбарова, было проведено 29 контрольных мероприятий, по итогам которых в правоохранительные органы было направлено 62 материала. «Только в апреле текущего года переданы материалы о нарушениях на сумму 210 млн рублей. По итогам их рассмотрения возбуждено восемь уголовных дел, и еще 17 материалов находятся на стадии рассмотрения. В течение этого периода принятыми мерами бюджет республики восстановлен на 55 млн рублей», — сообщил Джахбаров.
Он добавил, что в муниципальных образованиях было выявлено множество фактов незаконного расходования средств при предоставлении гражданам субсидий на оплату жилищно-коммунальных услуг. Отличились Ахтынский, Табасаранский и Докузпаринский районы.
В ходе совещания был заслушан отчет и созданной шесть месяцев назад Службы государственного финансового контроля Дагестана. Руководитель органа Темирлан Шабанов сообщил, что его ведомство провело 12 проверок и выявило нарушения на сумму 2 млрд 976 млн рублей.
«Фактически каждый четвертый рубль из средств, охваченных проверкой, расходовался с нарушением законодательства. Около 184 млн рублей выявленных финансовых нарушений имеют признаки хищения бюджетных средств», — заявил Шабанов.
В качестве примера хищения Шабанов привел махинации с контрактами на поставку школьной мебели. По его словам, в 2012 году в одном из муниципальных образований республики (Шабанов не уточнил, в каком) на школьную мебель было потрачено 27 млн рублей, но школа так и не была ею оборудована. Было возбуждено уголовное дело, в ходе которого выяснилось, что в этом же муниципалитете с 2010 по 2013 годы было истрачено более 70 млн рублей на якобы закупку школьной мебели.
По результатам проверок Службы было возбуждено восемь уголовных дел, из которых в суд переданы два. Возмещено же из похищенных бюджетных средств только 2,1 млн рублей…
Руководитель дагестанского территориального управления Федеральной службы финансово-бюджетного надзора Мамед Мамедов рассказал, что за 2013 год его ведомство провело 247 ревизий и проверок использования средств федерального бюджета. Общая сумма проверенных средств составила 69 млрд 336 млн рублей. «По результатам 150 проведенных ревизий и проверок выявлены нарушения бюджетного законодательства на общую сумму 11 млрд 602 млн рублей», — сообщил Мамедов.
Директор управления ФСБ по Дагестану Александр Миронов заявил, что по линии экономической безопасности в 2013 году его ведомством было возбуждено 344 уголовных дела. «Выявлено и предотвращено нанесение ущерба государству на общую сумму порядка 4,4 млрд рублей. Документированы факты совершения противоправных деяний отдельными сотрудниками муниципальных образований, таких как Дагестанские Огни, Избербаш, Каякентский, Табасаранский, Кумторкалинский, Акушинский, Гунибский, Кизилюртовский и ряд других районов», — отметил Миронов.
Наибольшее количество хищений бюджетных средств совершается в сфере реализации республиканских программ, а также комплексных выплат, строительных и восстановительных работ, в сфере государственных закупок, сказал директор УФСБ по республике.
Миронов также сообщил, что возбуждены уголовные дела по хищению бюджетных средств на сумму 98,8 млн рублей в ходе реализации ФЦП «Жилище», обнаружены хищения на 937 млн рублей руководством Государственного казенного учреждения «Дирекция строящихся объектов “Новострой”». Кроме того, выявлены хищения средств, направляемых на социальное развитие сел республики.
Глава Министерства внутренних дел Дагестана Абдурашид Магомедов рассказал, что в прошлом году было выявлено 1879 преступлений экономической направленности (из них на учет поставлено 1356 преступлений, т.е. 72% от всех выявленных нарушений за год).
«Пресечено 380 коррупционных преступлений, из них 218 тяжких и особо тяжких. Более половины преступлений совершено должностными лицами разного уровня. Уголовные дела по обвинению 83 руководителей направлены в суд. Пресечена преступная деятельность руководителей ряда муниципальных образований, органов местного самоуправления. Повышенное внимание уделялось выявлению и изобличению взяточников и взяткодателей. Выявлен 51 факт взяточничества, средний размер взятки составил 95,5 тысяч рублей», — рассказал Магомедов.
Пресс-служба главы и правительства Дагестана сообщает, что министр ВД республики призвал усилить внимание к финансовой сфере. По его словам, в прошлом году в ней было выявлено 318 преступлений, в том числе 178 фактов финансового посредничества: «В финансово-кредитной сфере обнаружено 85 уголовно-наказуемых деяний. Пресечены попытки хищения порядка 7 млрд рублей в банковской системе». Уголовные дела по озвученным фактам находятся на стадии завершения, заверил Магомедов.
Он заявил, что необходимо обратить пристальное внимание и на природоохранную деятельность, охрану водных биоресурсов. Но Магомедов рассказал и хорошие новости: по его словам, в Дагестане практически прекратились хищения нефти из нефтепроводов.
На фото: Чиновников призвали уделить внимание финансовой сфере
Фото: Пресс-служба Президента и правительства РД

Рейтинг:   / 5 

Создано 04.05.14
Автор: Закир Магомедов
Просмотров: 876
«Новый президент будет в мае», — в интернете уже в очередной раз утвердили дату смены власти в республике. Рамазан Абдулатипов, помнится, и сам шутил на эту тему во время последнего прямого эфира.
Ну придет новый глава, объявит, что с коррупцией и клановостью будет покончено, пообещает обеление экономики, даст указание о создании стратегии развития, инвестиционную привлекательность улучшить пообещает, переместит чиновников по разным кабинетам, заявив, что это новая кадровая политика… И снова мы увидим, что, по сути, вокруг ничего не меняется. Надежда, конечно, есть, но, как оказалось, она живет недолго, например полгода.
«Народ заслуживает того царя, которого имеет» — отчасти это правда. Дагестанцы в массе своей живут по принципу «моя хата с краю», а массово на митинги выходят, когда этого начальство от них требует, но по своей инициативе выйдут только в чрезвычайном случае (и то горсточка людей). Дагестанцы не хотят отстаивать право на выбор, а когда выбор есть — продают его за рублевые бумажки. Потом то на кухне, то в соцсетях возмущаются, что такой-то хаким — казнокрад, а такой-то вот на работу устроил весь тухум.
Да и вообще, дагестанцы политику и чиновничество понимают в какой-то извращенной форме. Например, появится кто-то новый во главе какого-то ведомства, и у его дверей выстроится очередь новоявленных родственников и односельчан с просьбой устроить на работу. Помню, как один министр магомедсаламовских времен удивлялся, что у него так много родственников оказалось, которые верили, что он пробьется сам и выбьет потом им должности, а устройство на работу воспринимали как допуск к бюджетному пирогу.
Если и нужно что развивать в республике, то в первую очередь гражданское общество. Дать людям понять и почувствовать, что они — реальная сила, что только в их руках судьба и благополучие как их самих, так и места, где они живут. Но кому это нужно-то?
В Дагестане необходимо менять не президентов, а систему власти, которая сложилась в период развала Советского Союза. Но, как видим, в Дагестане менять систему мало кто хочет. А то немногое приятное, что случается, — это, как оказывается, не благодаря чиновникам, а очень даже вопреки.
Аресты одиозных чиновников, уголовные дела в отношении глав муниципалитетов, что случились совсем недавно, — думалось, что вот он, начался демонтаж системы! Но, как бы ни верилось в лучшее, мы все просто стали очевидцами, как на новый уровень вышла борьба кланов и чиновников.

Рейтинг:   / 0 

Создано 27.04.14
Автор: Закир Магомедов
Просмотров: 274
Ремонт памятников Ленину, поддержка малого и среднего бизнеса, проблемы ЖКХ — эти и другие вопросы обсудили дагестанские депутаты в ходе очередной сессии Народного Собрания, которая прошла 24 апреля.
 
Началась сессия с минуты молчания — парламентарии почтили память депутатов Мусы Иславова (убит неизвестными в Хасавюрте 17 апреля) и Чупалава Омарова (разбился в Москве на мотоцикле 20 апреля).
Затем представители фракций выступили с актуальными, на их взгляд, проблемами, на которые парламенту необходимо обратить внимание.
Депутат от КПРФ Мурзадин Авезов призвал правительство Дагестана найти денежные средства на ремонт памятников Владимиру Ленину. По его словам, в республике 104 памятника вождю пролетариата, и многие из них нуждаются в реконструкции. Коммунист увещевал, что к истории нужно относиться бережно, тем более когда «в годы огульной демократии и охлократии властью толпы отдельные памятники Ленину были демонтированы и разрушены». В попытках убедить коллег депутат дошел и до Киева: «Мы и в наши дни свидетели того, как этот «дерьмократический» процесс продолжается евромайданом в Украине, людьми и молодежью, зараженными бациллами неонацизма и бандеровщины». Также депутат заявил, что «Ленин был другом Дагестана» и что он интересовался чаяниями республики.
Лидер «Патриотов России» Эдуард Хидиров затронул проблемы капиталистического характера. «Много говорится, что нужно поддерживать малый бизнес, многое делается для этого и на федеральном уровне, многое делается и новым правительством Дагестана, — сказал Хидиров. — Но кроме слов нужно переходить к конкретным делам. Мы вносили два раза законопроект касательно снижения налогового бремени. Дело в том, что одна из систем налогообложения — упрощенная система — предполагает налоги от 5 до 15%. У нас сегодня ставка составляет 10%. Предполагаю, что если мы снизим этот порог до 5%, то многие предприниматели будут выходить из тени и собираемые налоги увеличатся».
Депутат заявил, что в Дагестане есть много способов поддержать малый бизнес, и в качестве примера привел кредиты Сбербанка и Россельхозбанка. Хидиров посетовал, что головной офис Сбербанка жалуется на свои дагестанские отделения по поводу того, что они не выполняют план по кредитам. Он предложил, чтобы власти республики поддерживали зарегистрированных предпринимателей путем облегчения процедуры получения кредитов. Депутат заявил, что его фракция вскоре представит главе республики и парламенту проект закона о поддержке предпринимателей, а также меры по выводу бизнеса из «тени».
Также Хидиров попросил разрешения у парламента выступить с законодательной инициативой на федеральном уровне, чтобы ордена ветеранов ВОВ могли носить их прямые потомки. Как сообщил депутат, аналогичный закон действует в Беларуси.
Представитель «Справедливой России» Мурад Гаджиев выступил с докладом о проблеме с предоставлением коммунальных услуг. Он сообщил, что по сравнению с 2012 годом в 2013-м на 75% увеличилось количество жалоб на работу коммунальщиков. Кроме того, депутат коснулся и вопроса долгов за услуги ЖКХ. По его словам, общий долг республики в данной сфере составляет около 21 миллиарда рублей. Большая часть долга — 19,3 миллиарда — приходится на платежи населения, констатировал Гаджиев. Он заметил, что ежегодно долги в системе ЖКХ увеличиваются на 18-20%. Больше всего долгов, как сказал Гаджиев, накопилось в области газоснабжения. Депутат заявил, что долги накопились у ряда предприятий и муниципальных образований, но страдает от этого население.
Кроме того, по словам Гаджиева, изношенность коммунальных сетей в Дагестане составляет от 60% до 80%, и если за этот вопрос не взяться сегодня, то завтра это обернется еще большими проблемами.
«В республике давно назрела необходимость реформирования сферы ЖКХ, а также создания Единого расчетно-информационного центра, чтобы жители могли оплачивать за коммунальные услуги через интернет, используя электронные платежные системы, тем самым минимизируя возможность накрутки долгов на потребителей услуг ЖКХ», — заявил депутат и добавил, что необходимо в республике создать экспертный совет по проблемах ЖКХ. С аналогичной инициативой ранее выступал руководитель дагестанского управления антимонопольной службы Курбан Кубасаев.
Депутат от «Единой России» Сейредин Раджабов обратил внимание парламента на проблему с добычей полезных ископаемых в Дагестане. По его словам, есть множество фактов незаконной добычи песка на берегу Каспийского моря. «Это наносит вред морю и скажется на развитии туризма в республике», — считает Раджабов. По его словам, в республике с разрешительной документацией действует 120 карьеров, а незаконных еще больше. Депутат предложил обязать хозяев карьеров производить рекультивацию (восстановление) земель, которые страдают от добычи полезных ископаемых.
Также Раджабов заявил, что природоохранные надзорные органы не работают как положено, и, как следствие, появляются незаконные карьеры, мусорные свалки на территории заказников и т.д.
Далее парламентарии назначали мировых судей. На рассмотрение для утверждения было представлено 32 имени. Обычно рутинный процесс обернулся скандалом — решение по одному судье принято не было. Не была переутверждена Нуржаган Дадаева, мировой судья судебного участка №14 Советского района Махачкалы. «Благодарить» судье за это стоит депутата Абдурахмана Османова, отстраненного от должности ректора Даггосмедакадемии в связи с уголовным делом. Решение об отстранении Османова от ректорства и принимала судья Дадаева.
«На каком основании вы меня отстранили от работы, когда по закону нужно было выписать штраф?» — спросил на сессии судью Османов. Дадаева ответила, что при вынесении решения она руководствовалась только законом, и если с ее решением не согласны, то его можно обжаловать в установленном законом порядке. В итоге из 82 присутствовавших депутатов за утверждение Дадаевой проголосовали 40 (для одобрения необходимо большинство голосов).
На сессии парламентарии внесли изменения в бюджет Дагестана на текущий год. Согласно поправкам, доходная часть бюджета увеличилась и составила 84,047743 миллиарда рублей. Но на 2,6 миллиарда рублей увеличилась и расходная часть — она составила 88,550962 миллиарда рублей. На 458,8 миллионов рублей вырос и дефицит бюджета, и теперь он составляет 4,503219 миллиарда рублей.
Также депутаты в первом чтении приняли законопроект об увеличении единовременного пособия опекунам и усыновителям. Согласно ему, пособие с 13087 рублей увеличивается до 100 тысяч рублей. Также будут увеличены ежемесячные выплаты взявшим под опеку или в приемную семью детей-сирот — с 4220 до 7 тысяч рублей, а оплата труда приемных родителей на содержание детей-сирот с 2500 увеличится также до 7 тысяч рублей. Отметим, что в региональном банке данных о детях-сиротах числится 103 ребенка, подлежащих усыновлению, передаче под опеку, в приемную семью.
Кроме того, в ходе сессии депутаты рассмотрели законопроекты касательно рыболовства, развития экономики, отгонного животноводства и др.
На фото: Нуржаган Дадаеву, отстранившую Абдурахмана Османова от должности ректора Дагмедакадемии, не утвердили мировым судьей
Фото: Евгений Костин

Рейтинг:   / 2 

Создано 27.04.14
Автор: Закир Магомедов
Просмотров: 304
Занимательные цифры: оказывается, за год Дагестан с 62 места переместился на третье в рейтинге доверия населения к власти, а в разделе «Эффективность исполнительной власти» с 79 места поднялся на 19 строчку. Радует и рейтинг безопасности — с 82 места регион скакнул на 45. Эти данные привел глава республики Рамазан Абдулатипов, выступая на культурно-инвестиционном форуме в Махачкале. Правда, ссылок на статистические источники не было. Ну, постараемся поверить на слово.
Постараться, правда, придется сильно. Потому что, как оказалось, есть и другие рейтинги и статистические данные, которые никак не согласуются с тем, что красиво декларирует дагестанское руководство.
Вот, например, информационное агентство «Кавказский узел» со своей «статистикой жертв». Согласно его данным за первый квартал текущего года, Дагестан остается самым «горячим» российским регионом. Надо отметить, что республика практически повторяет свой «успех». За аналогичный период прошлого года показатели были почти те же самые — жертвами вооруженного конфликта за первые три месяца 2013 года стали не менее 108 человек (из которых 67 погибли, 41 получил ранения); в этот же период 2014 года жертвами стали не менее 106 человек (65 погибли, 41 получил ранения).
Или же обратимся к рейтингу уровня коррупции в сфере государственных закупок по регионам РФ, составленному общественной организацией «Безопасное отечество». В нем Дагестан укрепился на третьей позиции как один из самых проблемных в этом смысле (хотя по предварительным подсчетам «Безопасного отечества», о которых мы писали в «НД» №51 от 27 декабря 2013 года, республика занимала «почетное» второе место).
Можно изучить исследование инвестиционной привлекательности регионов России, которое ежегодно составляется международным рейтинговым агентством «Эксперт РА». И мы увидим, что если в 2011-12 годах по степени привлекательности Дагестан находился на 36 месте, то в 2013 году он опустился на 48 место. «Пониженный потенциал — высокий риск», — так обозначена республика составителями рейтинга. Наверно, министр экономики и территориального развития региона Раюдин Юсуфов ничего не слышал об этом рейтинге, а то как же он мог заявить на том же культурно-инвестиционном форуме, что «Дагестан является одним из самых инвестиционно привлекательных регионов страны»…
…В антиутопической книге Джорджа Оруэлла «1984» главный герой недоумевает: вроде бы правительство каждый день отчитывается, например, о том, что количество производимой обуви в стране увеличилось в тысячу раз, но простые люди ходят в стоптанных башмаках. Так и наш дагестанский хукумат выступает в духе «жить стало лучше, жить стало веселее», а простым жителям республики остается задаваться вопросом: раз все так хорошо, то почему все так плохо?..
 

Рейтинг:   / 1 

Создано 25.04.14
Автор: Сабина Мамаева
Просмотров: 647
«Знакомьтесь, Дагестан», — эта фраза главы РД стала лейтмотивом пребывания в республике гостей из регионов России и зарубежья 22 и 23 апреля. Список участников Всероссийского культурно-инвестиционного форума в Махачкале насчитывал около 200 представителей экономических и культурных сообществ из Италии, Египта, Сирии, Казахстана, Азербайджана, Турции, а также Татарстана, Кабардино-Балкарии, Брянской области и Ставропольского края и многих других государств и регионов.
Стереотип о том, что культура и экономика являются несовместимыми понятиями, по мнению главы республики Рамазана Абдулатипова, явился следствием развала Советского Союза, а «без возрождения культуры дагестанского самосознания не удастся ничего сделать». Возможно, сочетание несочетаемого и стало главной изюминкой всего мероприятия, потому как ничем особенным оно не запомнилось. Ожидалось, что форум посетят министр регионального развития России Игорь Слюняев и советник президента России Владимир Толстой, но из представителей федеральной власти прибыл только Сергей Глазьев, советник президента по вопросам региональной экономической интеграции.
Ценность проведения форума именно в Махачкале, внезапно переставшей быть главным ньюсмейкером страны со знаком минус, заключалась бы в том, что республика показала себя через масс-медиа привлекательным регионом как для инвесторов, так и для развития культурных проектов. Но и тут, увы, ждало разочарование. В масштабах страны форум остался без должного внимания: его почти не заметили центральные СМИ.
Убежал ли Умаханов от костюма?
На пленарном заседании во вторник в Доме Дружбы выступление Абдулатипова длилось более 40 минут: за это время глава Дагестана успел высказаться не только о культурно-экономической ситуации в регионе, но и поведать о растущих показателях эффективности местной власти, в очередной раз опровергнуть слухи о своей скорой отставке и «подколоть» своих коллег. Так, вспоминая прошлогодний День Конституции Дагестана, Абдулатипов заметил, что некоторые коллеги поехали в Москву жаловаться на него за то, что он якобы заставляет всех надеть национальные костюмы. «А я никого не заставляю, если форма не соответствует содержанию», — подчеркнул глава. И добавил, что национальная одежда только украсила чиновников: «Например, Гамидов в папахе стал на полметра выше. А Ильяс Магомед-Саламович, по-моему, убежал в Москву…». Умаханов, которого имел в виду глава республики, сказал, что форма у него и сейчас висит дома. Но лучше бы он этого не говорил. Абдулатипов и тут не растерялся: «Самое главное, что у нас у всех висит…». Зал откликнулся на шутку взрывом хохота и аплодисментами. Позже, получив право выступить, Умаханов подчеркнул, что никогда ни от кого не убегал.
Об эффективности форума
В дни форума республиканские министерства и правительство подписали десять соглашений о сотрудничестве как с российскими, так и с иностранными партнерами. Так, во вторник было подписано трехстороннее соглашение между правительством Дагестана, Российским промышленно-инвестиционным фондом и Корпорацией промышленников и предпринимателей «Ватан» об осуществлении деятельности, направленной на привлечение инвестиций в сферу гидроэнергетики. По словам председателя правительства Дагестана Абдусамада Гамидова, этой отрасли власти сейчас уделяют особое внимание, в нее ожидается вложение инвестиций в размере около 5 млрд рублей. А в среду состоялось подписание соглашений между правительством Дагестана и итальянскими компаниями «ИталТехИнжиниринг» и «Tecnotest». Первое соглашение предусматривает модернизацию существующих лабораторных комплексов для тестирования строительных материалов, второе — поставку оборудования для промышленного производства, его компьютеризацию и автоматизацию.
«Обычно дагестанские экономические форумы становятся центральным событием года в регионе. Во всяком случае, так было раньше, — говорит старший научный сотрудник Института проблем рынка РАН, кандидат экономических наук Михаил Чернышев. — Отличие нынешнего форума от предыдущих состоит в том, что попытка объединить на одной площадке «пианистов» и экономистов не совсем удалась. Тема культуры ушла немного в другую сторону — не в сторону культуры производства, бизнеса, институтов, инвестиционного климата. Столь широкая трактовка культуры и ее уход от экономики в плоскость искусства и творчества, конечно, снижает ценность форума как площадки для поиска решения проблем. А проблемы у нас есть. В начале года сожгли теплицы и выгнали китайцев из Хасавюртовского района, ногайцы выступают против возведения сахарного завода в своем районе, есть также неразрешенные конфликты трудовых коллективов, в частности, связанный с приватизацией Кизлярского коньячного завода. Форум мог стать такой площадкой, на которой можно было эти проблемы обсудить и попытаться дать рекомендации, причем объективные рекомендации, так как в нем участвовало много незаинтересованных в этих конфликтах лиц. Он имел больший потенциал, чем удалось реализовать. Что касается подписанных соглашений, то это были, скорее, «технические» соглашения: для нашей экономики они не несут какого-то прорывного характера».
На фото: Дагестанские ковры — один из культурно-экономических брендов

Фото: Руслан Алибеков 

Источник: http://ndelo.ru/politika-5

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *